Ночь гнева

— Это всего лишь гроза, природное явление, — располагающим голосом произнес Андрас, — ее не нужно бояться.

— В Ночь гнева забирают слабых, — она покачала головой. — Нужно успеть спрятаться!

— Кто забирает?

— Богиня.

Снова послышался гром, солнце скрылось за горизонтом и на деревню опустились сумерки. Этого хватило, чтобы девушка сорвалась с места и понеслась прочь. Вокруг повсеместно закрывали ставни и хлопали двери. Похоже, все опасались грозу.

— Так свежо! — Ашке потянул носом воздух. — Хочется летать!

— Не боишься гнева богини? — Андрас насмешливо выгнул бровь.

— Нет! — Ашке с удовольствием развернул плечи. — Я так давно не летал! Пожалуйста, Андрас, уже совсем темно и никто меня не увидит!

— Думаю, в деревне сумасшедших никто не удивится полетам, — согласился Андрас. — К тому же здесь не действует городской запрет на магию. Возвращайся до дождя, а то промокнешь.

— Конечно!

Ашке тут же скинул с себя свитер, сунул его Андрасу и с явным наслаждением засиял. Крылья вилы — одно из самых удивительных чудес — прорезали его спину и саму ткань мироздания.

Светящиеся, полупрозрачные, они смотрелись чужеродно, но вместе с тем совершенно естественно, потому что принадлежали хозяину и были его частью.

Ашке приподнялся над землей и завис в воздухе на пару секунд. От его волос и крыльев шло ровной золотистое свечение. Над пиками Серых гор сверкнула молния, разрезая черные тучи, почти сразу же раздался удал грома.

— Как же здорово! — завопил Ашке и стрелой полетел вверх.

Андрас немного прошелся по деревне, безрезультатно пытаясь обнаружить что-то странное или подозрительное.

— Что может быть странного в деревне сумасшедших?

Теперь, когда он знал о Малой Горане больше, его взгляд то и дело выцеплял признаки безумия. На некоторых домах висели амулеты, которые, как легко мог считать чародей, не представляли из себя никакой ценности: пустые консервные банки, рыбьи кости и перья. Силы в этих вещах не было, но они много говорили о хозяевах дома. На участке другого дома Андрас заметил слишком идеальный, режущий глаз порядок: все камни вдоль дорожки стояли в четкой последовательности от большего к меньшему, садовые инструменты также были разложены на одинаковом расстоянии друг от друга.

Андрас попытался припомнить, как называется такой синдром аккуратиста, но не смог.

Идиллическая картина деревни больше не обманывала его — здесь обитали безумцы.

«Только это еще не все», — мрачно думал Андрас, возвращаясь в гостиницу.