Год дракона

Поэтому я и сказал, что не буду делать это постоянно. Только пару раз, чтобы ты понял механизм.

– Вов…

– Жень! Твоя сущность не может не откликнуться на призыв моей. Вот увидишь!

Спорить с братом было бесполезно, да и я так устал, что хотел, чтобы всё это быстрее закончилось. Мы повторили процедуру снова, и на этот раз Вовке удалось вызвать мой внутренний свет. Я снова ощутил эту пружину, со страхом ждал, когда же она распрямится, но всё произошло намного мягче, чем во время ритуала. Я почувствовал и воронку внутри, правда, она вращалась не с центростремительной силой, а наоборот, с центробежной, как будто выталкивала что-то из меня.

Вовка вынул из бутылки бестию и поднёс к моему рту. В тот же момент направление вращения воронки изменилось, и тварь всосало в меня, как в пылесос. Я ощутил, как какое-то прохладное инородное тело движется внутри меня, но через несколько секунд это ощущение пропало. Свет тоже начал угасать. Я повалился на кровать, прислушиваясь к внутренним ощущениям.

– Скоро почувствуешь насыщение, – пообещал брат.

– Посмотрим, как на тебя подействует новый рацион. Если всё будет хорошо, поймаю тебе кого-нибудь пожирнее.

Я закрыл глаза и улыбнулся. Эта почти животная терминология странным образом будоражила меня. Я помнил, какие противоречивые чувства в феврале вызвало у меня предложение брата пойти с ним поохотиться. Тогда страх победил любопытство моего уже начинавшего пробуждаться дракона. Сейчас я буквально жаждал охоты, я знал, что стоит мне выйти на тропу, как адреналин ударит в кровь и я с наслаждением выдерну какую-нибудь лярву из какого-нибудь алкоголика.

От этих приятных мыслей, а может, и от чувства насыщения я уснул, и мне впервые за последние три ночи приснился приятный сон.

Двуглавый

На шестой день я уже чувствовал себя сносно. Изредка меня беспокоила тошнота, но она проходила, стоило взять в рот кусок шоколада. Вовка сходил на охоту ещё раз и принёс игошу. Подкрепившись, я ощутил небывалый прилив сил. Это не походило на обычное чувство сытости.

Теперь я буквально физически ощущал, как меня наполняет энергия – словно топливо заливается в бак. Или заряжается аккумулятор. И если я ощущал, как наполняется этот неведомый мне резервуар, значит, по логике, я должен был и ощущать, как расходуется его содержимое, сколько в нём осталось килоджоулей, калорий или в чём там измерялась эта энергия. Мне не терпелось узнать это, но, забегая вперёд, скажу, что меня ждало разочарование.