Год дракона

Бывшим – потому, что бабушка Миронова, владевшая их участком, умерла почти десять лет назад, и родители продали дом. Измайловский, насколько Михаил знал, схоронив жену, тоже перестал появляться на своей даче, оставив её дочери. И несмотря на то, что вот уже несколько лет Миронов и Измайловский не являлись соседями, они до сих пор хранили тёплую дружбу, проистекавшую из доброго прошлого.

Павел Антонович пригласил гостя на кухню – знак особого расположения. Нежеланных гостей старый ювелир принимал в гостиной и никогда не угощал – ни чаем, ни чем-то покрепче.

Визитёров по деловым вопросам он приглашал в мастерскую, собственно, для того она и служила. Но если же Измайловский вёл гостя на кухню, то таким приглашением надо было дорожить. Миронов давно знал о гостевой градации старика и всякий раз, когда Павел Антонович приглашал его на кухню выпить чаю, с облегчением выдыхал. Почему-то потерять доверие старика капитан боялся. И вовсе не потому, что время от времени Измайловский, его знания и опыт были полезны следствию. Миронов дорожил самой дружбой, словно она помогала удерживать в его памяти прошлое.

Павел Антонович поставил чайник – не современный электрический, а старомодный, со свистком, достал печенье и вазочку с вареньем, изготовленным уже снохой, а не женой. Миронов протянул ему пакет с сухофруктами, к которым старик в последнее время пристрастился.

– Что за дело у тебя, Миша? – поинтересовался Измайловский, присаживаясь на табурет.

Пока вскипает чайник, можно поговорить и о цели визита.

– Дело, как всегда, запутанное, Павел Антонович, – крякнув в кулак, начал Миронов. – Вы не знаете, кто в городе сейчас занимается скупкой краденого?

Большой опыт Измайловского и не менее обширные связи делали его хранителем самой разнообразной информации. В том числе и о происходящем в криминальных кругах. Многие ювелиры единоразово или на постоянной основе оказывали услуги преступникам разного пошиба: помогали сбывать краденое, переплавляли украшения, заменяли в них камни и прочее.

Измайловский положил одну руку на стол и, постукивая пальцами, задумался. Миронов терпеливо ждал, понимая, что ювелиру требуется какое-то время, чтобы систематизировать и проанализировать имеющуюся информацию. Через минуту Павел Антонович подал голос:

– Пошли слухи, что Вартанян снова в деле, хотя он месяц как инфаркт перенёс. Зачем ему такие треволнения?

Миронов пожал плечами.