Адвокат вольного города.5

Я же говорю, не мне давать советы. У меня у самого вообще девушки нет.

- Ну да, как же, - усмехнулся наблюдательный китаец. – Ты совершенно точно нравишься Пенелопе Романовне Кукушкиной. Скорее всего, нравишься той прокурорше, Колонковой. Обе они из дворянских родов, твои родители наверняка будут довольны, дадут согласие, благословение.

- Мне нахрен не нужно их благословение. И слово-то какое, прокурорша. Тьфу, звучит, как ведьма из леса. Ты её видел?

- Да, конечно. И она симпатичная, – кивнул всегда внимательный к деталям Чен.

- А я ей… им… Как думаешь? Симпатичен?

- Аркадий, - как и его соплеменники, он крайне редко называл моё имя верно, без разрыва и почти всегда это был показатель того, что говорит эмоционально. - Ты вообще девушкам нравишься.

- Всё-то ты про меня знаешь. С чего бы я был им привлекателен? Всё время по судам, бандиты за мной охотятся, проблемы у меня. Думаешь, нравлюсь из-за костюма?

- Не знаю, - недоумённо пожав плечами, он стал деловито собирать подписанные документы.

– Вот не знаю я, что у девушек на уме. Говорят одно, имеют в виду другое, делают третье. А по глазам, там чувства у них сложные, как танец тысячи птиц в небе, причем птиц разных видов и пород.

- Нифига ты загнул! Прямо, поэт.

- А я стихи иногда пишу. Может и правда, поэт.

- Красава, уважаю. Почитаешь?

- Нет, - категорически отрезал он. – Они на китайском. И они про любовь. В общем, простите меня, господин…

- Давай без этого, не хочешь читать стихи, не надо.

Я без обид, всё понимаю, стихи - это личное. Это не текст искового заявления на проверку.

- Ну да, - он ставил печати и проверял, не пропустил ли я где-то подпись, потом в каком-то известном только ему порядке разложил документы по разным секциям портфеля. -Как твоё здоровье? Сестра интересуется.

При упоминании о его сестре я непроизвольно дёрнулся, рёбра тут предостерегающе стрельнули болью.

- Нормально всё. Кстати, об этом... Тебе не кажется странным, что Танлу-Же поставил твою сестру защищать меня от опасностей? Ну, какой из неё телохранитель?

- Она достойный член моей семьи, - с лёгкой обидой возразил Чен.

– И у неё синий пояс. К тому же, тебя же больше никто не пытается убить. То есть, твоя охрана — это теперь всё больше формальность и дань уважения.

- Как скажешь.

Не стал приоткрывать ему карты по поводу недавнего покушения на меня. Вообще ситуация, когда про меня никто ничего не знает до конца, меня вполне устраивала.