Адвокат вольного города.5

Дом старого мошенника располагался в некогда престижном, но обветшалом районе, где обитала отживающая свой век богема, та её часть, которая в силу возраста и состояния здоровья уже не могла сутками напролёт зависать в кабаках и игорных домах, но ещё помнила о своей былой славе.

Конкретно его дом был угловым, двухэтажным, из строгого английского кирпича, солидным, с балконом в весь профиль дома.

А вот то, что дела у него идут не очень, выдавал тот факт, что половину первого этажа он сдавал одёжной лавке, а вторую сдавал под жильё какой-то шумной молдавской семье, которая в настоящее время громко и весело переговаривалась в отгороженном для них куске дворика, вешала бельё и безуспешно удерживала детей от разрушения штакетника.

- Добрый день, - поздоровался я. – Не подскажете, а где мистер О′Брайан?

- Арендодатель наш? Да вроде у себя был, - ответил усатый улыбчивый мужчина и показал пальцем на неприметную дверцу, открыв которую я обнаружил лестницу на второй этаж.

…

- Кто там? Уходите, я ничего не куплю, - в ответ на мой стук раздался раздражённый скрипучий голос из глубины помещений. Это вполне было в стиле моего «приятеля» О′Брайана.

- Мы с шотландским виски никуда отсюда не пойдём – лукаво и провокационно ответил я.

- А, это Вы, Аркадий. Не буду скрывать, я совершенно не рад Вас видеть, - он открывал дверь, брюзгливо ворча, но его глаза непроизвольно скосились на бутылку виски, которую я купил в магазине по дороге.

- А говорят, это хороший виски.

- Вас облапошили. Дерьмовый североамериканский бурбон. Я никого не звал в гости, у меня не прибрано.

- Так нам с «Old Grand-Dad» уйти?

- Ещё чего! Припёрлись совершенно без приглашения, теперь же вообще надумали сбежать, так запросто побеспокоив больного старика? Заходите, раз пришли, так уж и быть, прощу в очередной раз незнание основ алкогольной эстетики, пренебрежение хорошими манерами, сделаю скидку на провинциальную культуру и пониженный уровень интеллекта.

Я аж изумлённо крякнул от такого изысканного речевого оборота, но решил пропустить заряд колкостей мимо ушей.

О′Брайан усадил меня перед журнальным столиком с видом на мутноватое окно, из которого открывалась широкая перспектива на серый пыльный кусок улицы и пронзительно-синее небо, по которому меланхолично летели птички.