Кесарь. Перо и хребет

Значит, скоро в ГОРОДЕ начнется заварушка. Нужно не упустить момент, когда можно будет вмешаться и нанести Хозяевам как можно больше вреда.

***

Марисоль была примой национального оперного театра ГОРОДА.

Когда-то она была фавориткой прежнего Кесаря. Потом он взял себе Невесту, которая свела его в могилу, отравив трупным ядом и забив кол в сердце.

То было двадцать лет назад – сущий миг в жизни теоретически бессмертных фейри. Даже насильственная смерть не всегда срабатывала. Брат певицы, который однажды разгневал короля Благих, до сих пор лежал в одной из закрытых бронированным стеклом ниш под ГОРОДОМ.

Он дышал, и сердце его билось несмотря на то, что фейри был ослеплен, четвертован и оскоплен.

Отсеченные части тела, в которых оставалась магия, так и не сгнили. Они лежали рядом с фейри, прикованным к стене стальными цепями. Это тоже был вид пытки. Холодное железо причиняло любому фейри нестерпимую боль. Там, где крепились кандалы, виднелись глубокие незаживающие ожоги. Раз в год сестра приходила посмотреть на брата.

Иногда чаще, если начинала сомневаться.

Сомнения опасны.

Марисоль очень некстати утратила расположение прежнего Кесаря Миклоша и ничем не могла помочь своему брату. Впрочем, она бы и не стала. Каждый сам за себя.

Король Благих, Лиам, столь же красив, сколь и жесток. Благости в нем ни на грош, несмотря на принадлежность к якобы «хорошим» фейри.

Можно разделить участь брата. Нет уж! Лучше посещать бутики, мелькать в светской хронике, разбивать мужские сердца и петь в национальной опере, пленяя смертных и бессмертных своим чарующим голосом.

А посему певица укладывала серебристые волосы в прическу, наводила гламор на и без того красивое лицо и примеряла наряды с украшениями.

– Дива Марисоль, вы готовы? – постучав, через дверь спросил ее антрепренер.

Ее истинное имя было другим, но она откликалась на это.

– Да.

***

Перед исполнением дива выпила флакон эликсира, секрет которого был известен только ее семейству. Самый сильный афродизиак ничто по сравнению с этим средством.

Флюиды простираются на целый зал.

Даже если она будет петь, как ворона, срываясь на каждой ноте, никто не заметит. Зрители будут внимать ей в немом восхищении, забыв обо всем. Тот, на ком дива остановит свой взгляд, начнет сохнуть от любви и будет без устали искать с ней встречи…

Марисоль изредка прибегала к этому средству, когда ее король хотел, чтобы она кого-нибудь соблазнила. Сегодня ему потребовалось, чтобы подданная очаровала архимага Димитрия Волкова.