Сумасшедшие деньги

Ещё через минуты две стало ясно, что я допустила ошибку, перейдя на более сложный бой для Сэма, в котором у меня, как оказалось, больше опыта. Сэм то и дело пропускал мои удары и не спешил на них отвечать. При этом дулся. Я не выдержала:

— Да что же ты, бей нормально!

— Боюсь тебя покалечить, — буркнул он очень недовольно.

Мои удары он то пропускал, то гасил. По весовой категории он больше меня, ростом примерно с Пола или с Рома, поэтому ему не составляло труда блокировать мои хуки справа и слева. Я же тоже стеснялась бить в полную силу.

Наносила техничные удары так, как будто я на улице. Эх, сюда бы Удава... С ним поинтереснее драться. Правда, я бы уже давно лежала на обеих лопатках, но по крайней мере с удовольствием!

— Тогда я покалечу тебя, — пообещала я.

— Разговорчики! — рявкнул Феликс.

Этим мне он напомнил Аманду. Наверняка от неё набрался, она тоже шипит "Разговорчики!", когда строгая. Я внезапно разозлилась и бросила Сэму:

— Берегись.

Моя нога полетела ему в голову. В последний момент он увернулся, ушёл резко вбок.

В его глазах мелькнуло ещё больше остервенения и раздражения. Сэм будто сам мне пытался что-то сказать, что-то донести, я его не поняла. В следующий миг он ударил меня, довольно ощутимо. Мне пришлось сгруппироваться, напрячь пресс, который я только что качала сорок раз.

— У вас осталось две минуты, а вы пока только канителитесь, — произнёс Феликс с нескрываемой издевкой. — Если вы не начнете показывать нормальный результат, я сниму каждому по пятьсот очков.

— Пятьсот?! Да я только что с потом и кровью шестьсот заработала! — возмутилась я.

— Разговорчики, — Феликс угрожающе занёс ручку над журналом.

Да он просто Круэлла в мужском исполнении! А может, он это она и есть, Круэлла-Феликс-оборотень, они превращаются друг в друга?! Задумавшись об этом, я пропустила удар Сэма, который меня чуть не свалил с ног. Он был не в жизненно-важную зону — по бёдрам, но ощутимым. Сэм применил захват, на миг мы оказались довольно близко друг к другу, его ухо совсем рядом.

Но на нас строго смотрел Феликс. Если я ему начну шептать, объяснять, Сэм, во-первых, ничего не поймёт, во-вторых, Феликсу это не понравится. Втайне вздохнув, я применила прием, которому меня учила Аманда, как выходить из таких захватов.

Последнюю минуту нашего спарринга мы с Картографом дрались уже ни на жизнь, а на смерть. Сэм, кроме всего прочего, устал, тяжело дышал, плюс его обуревал гнев, который он сдерживал из последних сил.