Сумасшедшие деньги

Я сама завербую, только для твоих глаз, дружище Поджигатель.

— Разговорчики! — прошипел Феликс. И гаркнул: — Расходимся! Начинаем по звонку! Быстро, шевелись, шевелись!

Совсем как в армии! Я не служила в армии, но мне в тот момент показалось, что там также. Тут же я вспомнила содержание его доклада на БГС. Он много говорил про дисциплину.

— Я знал, что ты не посмеешь не вытянуть жребий с моим номером! — Удав встретил меня с почти распростёртыми объятиями. Почти — потому что настоящие объятия бы означали точно минус 100500 баллов.

И тут меня осенило — Удав дерётся в 100500 раз круче меня! В последний раз, когда мы с ним дрались в дружеском поединке в лесу в окрестностях Танреса — он меня чуть не прибил. В фигуральном смысле, естественно. Он играючи расправлялся со мной так, что если бы делал это не играючи — я давно уже была бы трупом. Я потом долго приставала к нему, чтоб он показал мне несколько приёмов и обучил драться также хорошо. Но времени и случая не представлялось — я же потом уехала в Укосмо! И вот прошло два с половиной месяца, и мы на ринге.

Мне стало малость страшно. Сейчас Удав меня разделает. А если начнёт поддаваться — это будет смотреться крайне неестественно и жюри что-то заподозрит. Он ведь почти на полторы головы выше меня, старше по возрасту на шесть лет и в разы опытнее.

— Эй, расслабься, Сорвиголова, я ведь не хрустальная ваза, — усмехнулся он, видимо, заметив моё напряжение.

— Знаю, так и я тоже! Только попробуй поддаваться, — проскрежетала я шёпотом сквозь зубы, и как раз раздался звонок — такой оглушительный дззззззззииииииииинь!!!

— Поддаваться?! Я?! Ты за кого меня принимаешь? У нас тут экзамен или как?

— Разговорчики! — рявкнул снова Феликс, как нам показалось, не на нас, а на шумевших Джейн и Лору, которые с гиком подбадривали друг друга и подпрыгивали как две резвящиеся амазонки.

— Как жаль, что нам не дают поговорить нормально, — вздохнула я.

Мы с Антонио между тем разошлись.

— Я уверен, что наша драка будет не просто нормальным, а прекрасным разговором!

— Ах, ты хочешь подраться?

— Ты сама хочешь, я же вижу! — поддразнивал он.

Тут же мой страх перед тем, насколько он сильный и опасный противник, ушёл. На его место пришло безграничное доверие и желание наслаждаться моментом. Доверие к Антонио было отголоском того, что я знала о нём и чувствовала по отношению к нему. А знала я, что он всегда будет помогать мне, даже в ущерб себе.