Тост за выживших

Кощей стоял у костра и помешивал в котелке ложкой, рядом пристроился Амур.

– Что, Амурка, делать-то? Как утепляться будем? И лекарств никаких, и перевязочных материалов. Вокруг всякого хлама навалом, а нужного нет. Мы сегодня вчетвером в шалаше ночевали, так дышать нечем было. У меня до сих пор голова болит. Как греть хозяйку твою?

Недаром говорят, что собаки все понимают. У пса в глазах промелькнуло понимание и радость от какой-то мысли. Он вскочил и закрутился на одном месте, радостно лая!

– Что случилось, Амурище?

Амур подскочил к Кощею и стал толкать его в ногу, потом отбежал до края поляны, вернулся, опять принялся толкать.

– Зовешь куда-то? Вроде, зовешь. Куда пойдем? Ядвигу нельзя оставлять одну. Сейчас, котелок с костра уберу и кашку положу для хозяйки твоей.

Кощей оставил в шалаше жиденькую кашку в чашке, потрогал лоб больной и вышел.

– Ночка, Ночка, ты остаешься здесь. Охранять. Слышишь? Охранять!

Недовольная Ночка поняла, что ее оставляют и жалобно завыла. Конечно же, хозяин и большая собака пошли развлекаться, а ее не берут!

– Не вой.

Здесь Вулкан и Загадка. Охраняешь Ядвигу, – Кощей показал рукой на шалаш.

– Амур, объясни дурному щенку, что он должен охранять. И мы пойдем.

Амуру было достаточно одного рыка, чтобы Ночка обиженно отошла к шалашу и улеглась рядом, демонстративно отвернувшись от Кощея.

– Вот ведь, тоже баба, обиделась, – пробормотал Кощей.

– Все, идем, Амур. Нет, Вулкан, ты здесь остаешься. Идем, Амур.

Часть 3 Вместе. Глава 5

Пес вел его совсем непроходимой тропой.

Кощей никак не успевал за ним, поскольку почти всю дорогу пришлось прорубаться сквозь заросли. Амуру было проще, он мог проскользнуть где угодно. Но пес останавливался и терпеливо дожидался Кощея.

Из-за необходимости расчищать дорогу идти пришлось не менее двух часов. Амур один, конечно, добрался бы гораздо быстрее. Но оно того стоило. На небольшой полянке перед Кощеем и Амуром открылись два дома.

Один из них двухэтажный и явно раньше принадлежал зажиточному горожанину: первый этаж каменный, второй – деревянный.

Он разрушен почти полностью. Только один угол сохранился на первом этаже, хотя второй этаж над ним почти полностью отсутствовал.

Руины дома подслеповато смотрели на мир единственным окном. А вокруг лежали бревна, составлявшие ранее второй этаж, строительный мусор и предметы быта, раздавленные упавшими строительными конструкциями.

Почти впритык к этим руинам стояла приземистая деревянная банька – а вот она была полностью целая.