Белая Бескрайность

Как следует выспавшись после тяжелой и опасной дороги, Андрей направился к тихому месту, в котором встретил Красного Ворона, благо, парню удалось запомнить местоположение. Однако, нужной двери на нужном месте не обнаружил. Обойдя все вокруг, Андрей так и не нашел никакого прохода, никакой дверцы, никакого люка. Будто бы здесь ничего и не было.

Отчаявшись найти вход в тихое место, Андрей, опечаленный, прислонив спину к дереву, сел на снег и принялся обдумывать возможные способы найти новый вход. Долго сидеть ему не пришлось, ибо скоро Андрей услышал хриплый старческий голос:

— Заходи.

Обернувшись, Андрей увидел низенького седобородого старика в теплой шубе и шапке-ушанке. Рядом со стариком, о чудо, стояла та самая дверь, из которой когда-то, выходил Андрей. Не мешкая, парень поднялся и воспользовался приглашением, вновь оказавшись, в уже знакомом убежище ордена.

— Ух ты, — проговорил Андрей. — а как так получилось, что двери тут не было, и вдруг она появилась?

— Вот дурень, — ухмыляясь объяснял старик.

— Это же тихое место. Ты проход и не увидишь, пока тебя сюда не впустят. Я тебя впустил, вот ты дверцу-то и увидел. Знали же, что вернешься.

— Спасибо. Да, я и, вправду, вернулся. А как вас зовут, дедушка?

— Дедушка?

После этого вопроса старик провел рукой перед лицом гостя. На короткий миг ладонь закрыла обзор, но стоило ей опуститься, как перед Андреем предстал Красный Ворон, стоявший на месте дедка.

— Вот же фокусы, — усмехнувшись, сказал Андрей. — я к ним все никак не привыкну. Красный Ворон, ты был абсолютно прав.

Я просто не смогу отсюда уйти. Меня ведет сюда, чертово предназначение.

— Твой двоюродный дед, Федор Данилович. — начал рассказывать Красный Ворон. — тоже поначалу хотел уехать. А до него твой прапрапрадед, Евграф Иванович Акулинин. И его прабабушка, Евдокия Акулинина. И ее далекий предок, я уже и не скажу, насколько далекий, Хома Кайгородов. Всех и не упомню. Единственное что помню, еще столь давнего предка, что и не описать. Германик, его звали… если память не подводит.

— Погоди… ты называешь имена моих совсем давних предков и говоришь, что помнишь их.

— Да.

— Но… как это возможно? Тебе же, на вид, едва ли тридцатник!

— Забавно… нет, на самом деле, мне несколько тысяч лет. Я уже и не помню точную дату своего рождения. Знаю только, что родился немногим раньше вашей эры. Всего на пару десятилетий до. Тогда были иные системы летоисчисления и я, запутавшись с переходом на юлианский календарь, запамятовал год, когда родился.