Ледокол

Одно движение подошвой, и нужный символ оказался стерт, а значит в каждый отдельный момент времени ритуал связи будет тыкаться во все новый и новый осколок адских реальностей, никогда не фиксируясь на том или ином мире надолго.

И раз уж он выиграл себе немного времени, следовало заняться невольной свидетельницей.

Он подошел к девочке и снял с нее веревки. Та еще спала, но Симург уже не контролировал чары сна, ему нужно было внимание для иного. Сосредоточившись, он оглядел вопящий хор мыслей, надежд, пороков, переживаний и страхов бедняжки.

Иначе говоря, вгляделся в ее внутренних гоэтических демонов. Неудивительно что сильнее всего сейчас слышалось вопящее проявление ужаса. И в самом деле, пережила девчонка немало, было от чего испугаться. Но это здоровый, полезный страх. А вот диссонанс надежд, смирения и веры звучал уж слишком неправильно. Еще не сумасшествие, но из голосов подобных гоэтий может вырасти и полноценное психическое расстройство. Накинув цепи, созданных его волей, на вредоносных демонов, он вручил концы этих цепей тем кричащим мыслеформам, что проявлялись как здравый смысл и совесть девчонки. Теперь она будет управлять своими порывами и руководствоваться нравственностью. И если родители воспитывали ее хорошо, а судя по общему тону хора это так, то ничего ужасного с ней в результате сегодняшнего дня не произойдет. С ее психикой, во всяком случае.

Конечно, он не проникал в ее голову, и не кидал в нее настоящими металлическими цепями.

Все манипуляции мага происходили в той части ее сущности, где человек видит сны, в астральном отражении ее разума, в ее личном подсознании. Для гипотетического наблюдателя, Симург лишь присел около девочки, положил руку ей на щеку и покачал амулет с собачьей головой над новоиспеченной сиротой.

Симург тяжело вздохнул. Ему было не по душе просто оставлять девочку в одиночестве после такой трагедии, но у него было полно работы, которая сама себя не сделает.

Надо было спрятать тело мага, уничтожить следы ритуала, изолировать его записи, фальсифицировать обстоятельства смерти местных, выставив все налетом маньяка, да и позже была бы куча дел. Служение мистическим идеалам их ордена — задача непростая и свободную минутку не так-то просто найти. Так что тайным словом он исторг из своего рта небольшого демона-гоэтию, маленькую крылатую собаку с железными перчатками на лапах, и приказал влететь в ее голову.