Как приручить дракона - 2

Конечно, и в Беларуси к государственной символике уважение прививать старались, но дети есть дети: кто-то в носу ковыряется, кто-то жука увидел на асфальте, другой - на одноклассницу пялится, глаз оторвать не может. А тут - прямо стойкие оловянные солдатики! Точно - магия.

Отзвучал гимн. Ведущая снова взяла микрофон в руки:

- Слово предоставляется Такому-то Такомутовичу, начальнику абвгджзиклмнового отдела Управления народного просвещения!

Все жидко похлопали, Такой-то Такойтович принялся пространно рассуждать о важной роли учебного процесса в процессе становления государевых верноподданных и вообще - приличных членов общества.

При этом он сопел и отдувался, как паровоз. Следом за ним до микрофона дорвался представитель попечительского совета, потом - шеф из Дорожно-ремонтного управления. Солнце палило нещадно. Ораторы вещали всласть, как будто и вправду верили, что вот сейчас вот дети их словами проникнутся и ка-а-к возьмутся за ум, и как станут учиться не за страх, а за совесть со всем прилежанием.

Те, кому повезло, и их волею Коха, малевавшего те самые прямоугольники, разместили в тени деревьев, чувствовали себя более-менее прилично, но седьмые и восьмые классы стояли на самом тепленьком местечке. Конечно - без головных уборов, кто вообще знает, что это такое - головные уборы, в седьмом или восьмом классе?

- А теперь - наши первоклашки! - обрадованно заявила ведущая. - Встречаем тех, кто впервые перешагнул школьный порог! Первый "а", "бэ" и "цэ" классы со своими классными руководителями!

Изнутри школы, по ступеням крыльца на свои места под веселенькую музыку вышли хорошенькие маленькие детки: зареванные, веселые, озадаченные, растерянные - разные.

Все хлопали, особенно - родители. Никто не тыкал смартфонами: в земщине почти ни у кого не было телефонов с камерами, а два-три обладателя цифровых фотоаппаратов погоды не делали.

Для того, чтобы расставить первоклашек на места, понадобилось некоторое время.

Солнце жечь не переставало, ученики потели, учителя обмахивались классными журналами, обстановка накалялась.

- А-ы-ы-ык! - в три погибели согнувшись, долговязый худой восьмиклассник от всей души принялся блевать под дерево.

- Марьванна, Буровой плохо! - в этот же самый момент раздался голос с другого конца строя.

- А? - очумело мотая головой, пыталась сориентироваться немолодая уже учительница.