Как приручить дракона - 2

Есть ли еще порох в пороховницах, или мой костюм и моя модная прическа, и мои понты на турничке - просто шлак и не стоят выеденного яйца? Как говорил капитан Джек Воробей, человек - это то, что он может и чего он не может. Если я не могу быть хорошим педагогом - то зачем это все?

Раскрыв окно нараспашку и пердвинув бегунок на календаре на 3 сентября, я скинул пиджак прямо на первую парту, закатал рукава, взял в руки мел, на секунду замер перед доской, а потом быстро стал писать, заполняя белыми латинскими буквами темно-зеленую поверхность:

"FONAR', VEREVKA, TOPOR, SPICHKI, RUZH'E, KANISTRA S KEROSINOM, BANKA TUSHENKI, SUHPAJ, APTECHKA, SPASATEL'NYJ ZHILET, RAKETNICA, MACHETE, PROTIVOGAZ, BUTYL' S VODOJ, RADIOPRIEMNIK.

.."

Из окна продолжала доносится музыка, впиваясь в мозг и мешая сосредоточиться. Детский голос заунывно голосил:

- Нагружать всё больше нас

Стали почему-то,

Нынче в школе первый класс

Вроде сервитута... - захлебывались колонки Джабраилова.

До линейки оставалось минут пятнадцать.

***

2.

Мозговой штурм

На асфальте мелом были нарисованы прямоугольники, внутрь каждого из них - вписаны условные обозначения. Ну, 1 А, 3 В, 10 С и прочее. Все они располагались буквой П вокруг школьного крыльца, которое служило своего рода трибуной мавзолея. На крыльце собирались очень важные люди: какие-то официальные лица из народного просвещения, шефы из Дорожно-ремонтного управления, администрация школы, попечительский совет.

Детей выводили из запасного выхода и выстраивали каждый класс в свой прямоугольник.

Независимо от численности класса и габаритов ребят, прямоугольники были одинаковыми - и для первоклашек, и для старшеклассников. Потому десятый класс толпился и теснился, а второй - разбредался и терялся. Определенно - белым мелом на асфальте писал Кох!

Хорошо, хоть гениталии не понарисовывал, из хулиганских побуждений. Снага есть снага, даже если в хорошей семье воспитывался. Сделать гадость - сердцу радость, это точно один из ментальных столпов зеленокожего племени.

Я подпирал плечом побеленный ствол раскидистого каштана, стоял в тенечке в окружении каких-то бабушек, дядей и тетей, которые пришли проводить в последний путь.

.. то бишь - в школу, конечно - своих ненаглядных чад. Никто не знал меня, я не знал никого, так что можно было слушать бесконечные язвительные комментарии и сплетни по поводу происходящего и почти наслаждаться жизнью. По-хорошему, я вообще мог остаться в кабинете, никто бы и не заметил. Чаю бы попил, в конце концов.