Наследник чародея. Школяр. Книга первая.

- Где народ гуляет? – усмехнулся я.

- А… - протянул Алексей. – Там.

Он махнул рукой в сторону реки, за огороды. Кстати, там уже клубился белый дым. В прошлом году мы вечером разводили костер, пекли картошку, жарили на прутиках хлеб.

- Пошли…

На улице было еще светло, поэтому мы без труда по натоптанной тропинке вышли на «задки», за огороды, прошли по лугу, старательно минуя коровьи лепешки (в прошлом году я, возвращаясь в темноте без фонарика, вляпался в такую, изгваздал себе и ботинки, и брюки), спустились к озеру.

На лугу недалеко от реки было несколько озёр. В одном из них даже купались и ловили некрупных черных карасей. Поодаль, метрах в ста чернела река.

На берегу самого большого озера, на пляже метрах в пяти от воды уже горел костер, в который периодически кто-то подбрасывал ветки с листьями, чтобы отогнать назойливых комаров дымом. Перед костром на толстом стволе упавшей ветлы сидела компания из шести человек – четырех парней и двух девчонок. Причем все были почти мои погодки, ну, плюс-минус год разницы, не больше.

- Привет, Длинный! – с бревна поднялся самый старший по возрасту парень, весь огненно-рыжий, мордастенький, поздоровался с моим соседом за руку, кивнул в мою сторону. – А это что за перец?

- Бабы Нюши внук, - ответил Лёха. – Антон. Сосед мой.

- Кореш твой?

- Да так… - отмахнулся Леха. – Соседствуем.

Не друг, не приятель, сосед. Вот даже как! Почему-то я считал, что с Алексеем мы друзья. Не ожидал. Ну, ладно. Запомним!

Из группы двое ребят были точно местными: оба в пиджаках-брюках и сапогах.

Один из них, рыжий, который постарше, что поздоровался с Алексеем, был обут в блестящие хромовые офицерские сапоги. Другой – в кирзовые, но тоже начищенные до зеркального блеска. Деревенская мода, она такая, особенная.

Остальные парни на местных совсем не походили: и одежда другая, и вели они себя немного по-другому. Видимо, как и я, приехали в деревню отдохнуть на каникулы. А один из них, так тот вообще терзал гитару-шестиструнку, пытаясь изобразить что-то из «битлов».

Рыжий прижимал к себе молодую девчонку моего возраста, шептал ей что-то на ушко, поглядывая вокруг. Ей такое внимание явно не нравилось, она пыталась высвободиться из его объятий, отодвинуться. Но парень не отпускал.

Алексей уселся возле костра на какой-то пенек. Я поискал место, присел на валун чуть поодаль. Гитарист, то хрипя, то гнусавя и безбожно перевирая слова, затянул битловский «Йестедей». А вот девчонкам исполнение понравилось.