Наследник чародея. Школяр. Книга первая.

– Войти в Астрал?

Домовой хмыкнул, вроде как недовольно поморщился:

- Вот ещё! Дел у меня больше нет…

- Трифон! – попросил я. – Ну, пожалуйста! Ну, будь другом, а!

Он довольно улыбнулся:

- Ладно. Помогу. Когда?

Я задумался, прислушался к своим ощущениям. Слегка побаливала голова, чуть клонило в сон и зверски хотелось есть.

- Через пару часов, - решил я.

- Ладно, - согласился Трифон. – Позовешь тогда!

Он как-то неуловимо нырнул в щель под шкафом и пропал. А я пошел на кухню. Во всем теле чувствовалась неимоверная усталость и плюс к тому моральная измотанность.

Такое состояние у меня было после двухчасового письменного экзамена по математике год назад. Совершенно не хотелось ни о чём думать. Только поесть и хорошо бы прилечь поспать пару часов. На кухне никого не оказалось. На столе на тарелке стояла стопка блинов. К ним я достал из холодильника банку сметаны.

После этого «второго завтрака» я, разморенный и сонный, вышел на большой двор, присел на сложенные возле изгороди бревна, прикрыл глаза.

- Добрый день, юноша!

Я подскочил. Опираясь на изгородь (она была чуть выше пояса), мне улыбался пожилой кряжистый чернобородый мужик в сине-зеленой фуражке с непонятной кокардой из дубовых листьев. Его улыбка прямо-таки лучилась добротой и радушием. Картину портили глаза – темно-карие, почти черный, взгляд которых пробирал до печенок.

Сзади него стоял грязный «уазик» с открытой дверью.

- Здравствуйте, - осторожно ответил я. – Вам бабушку позвать?

- Не надо, - ответил мужик, протягивая поверх забора руку.

– Я мимо ехал. Меня Василий Макарович зовут. А тебя?

На ум сразу пришла фраза «Я почтальон тутошний Печкин». Я чуть не засмеялся, еле сдержался. Но поднялся, пожал руку, представился:

- Антон. Внук бабушки Нюши. Может, зайдёте?

Рукопожатие Василия Макаровича оказалось настолько крепким, что мне даже почудился хруст косточек моей многострадальной кисти. Рука словно попала в тиски. Пришлось в ответ изо всех сил напрячь свои мускулы.

- Приглашаешь? – усмехнулся лесник, отпуская меня.

И я вспомнил, что про него говорил домовой. «Суровый Василь Макарыч», который чуть что, всех к ногтю, включая оборотня. Интересно, а колдун без приглашения может зайти или нет?

- В дом не зову, - словно само собой вырвалось у меня. – Заходи, на брёвнышках во дворе посидим. Покамест.

Мне показалось, что данная фраза, ответ на вопрос Василия Макаровича был сформулирован помимо моей воли, как будто кто-то подсказал.