Адвокат вольного города.6

Это же не причина забирать здание!?

- Причина, если здание в залоге. Оно в залоге?

- Да. И земля. Это всё те жулики, которые родственники, подговорили меня! Когда деньги текли рекой, все их приворовывали, хапали. А сейчас я остался один и пытаюсь восстановить бизнес после вероломства... Автомастерскую сделал, с Кастетом вот дружу. Честнейший парень.

Кастет, который своё прозвище получил не просто так, наверно был бы польщён такой характеристикой.

- Каков размер долга по банку?

- Полмиллиона. Но это по их цифрам, а они врут.

Банкиры - жулики и явно с кем-то в сговоре, кто хочет нашу мастерскую захапать. А она огромная, в три этажа, кирпичные стены, на века строили!

- А что Ваш бухгалтер говорит, какой долг?

- Это же была подружка зятя. Даже, скорее всего, любовница. Она тоже уволилась, но документация у меня в конторе валяется.

- То есть реальных цифр Вы не знаете? А почему бизнес основной заглох?

- Когда англичане ушли, то с новыми администрациями, которых назначил этот олух Кротовский стало невозможно работать, плюс некоторая часть рабочих разбежалась.

С русскими невозможно работать, сплошь пьяницы, тупицы и лентяи, не то, что благородные англичане.

Любопытно, только что англичане были плохие, а Кротовский - золотой человек.

- Вот мы и стали разбираться, - распалялся Мещеряков. - Куда деньги девались все? А средства от кредита полностью украли, полностью. Я не буду его платить, пусть брат платит и мать.

- А что банк? Угрозы? Претензии?

Мещеряков достал кипу помятых документов.

- Да, угрозы были, но меня не запугать, я же бывший пилот! Претензии были. Я посмеялся в лицо почтальону. Хотел его с лестницы спустить, но он больно ловок.

Я представил себе лицо Стаса, который закатывает глаза, потому что ему нет дела до отношения между адресатом и отправителем.

- Ладно пока они просто претензии писали, а сейчас вообще ни в какие ворота, они якобы выиграли суд в Москве.

- Как в Москве?

- Не знаю «как», Вы мне скажите.

- А где кредитный договор? – у меня закралось мощное подозрение, что банкиры были далеко не дураки.

И Мещеряков вовсе не такой Д′Артаньян, как он описывает.

- Сейчас.

Я посмотрел кредитный договор, почти сразу же отлистав к концу, где пишут про подсудность.

Ну да, едрён бульон. В случае спора по настоящему договору, он подлежит рассмотрению в третейском суде при ТПП города Москвы. Третейская оговорка, когда подсудность определена сторонами в договоре.

Вот так судебный процесс заведомо ушёл из Кустового.