Недосягаемое

Со школой вот посложнее будет, но тоже терпимо, в принципе».

— Ешь, пока не остыло, — посоветовал Аксёнов-старший, вручая сыну шаурму, а затем и банку газировки. — Запивать тоже не забывай, чтоб поперёк горла не встало. Кстати, я тут подумал, а не закупиться ли нам?

— М-м-м, — глубокомысленно промычал Витёк, вгрызаясь в сочное мясо. — Можно, да. У нас вроде туалетная бумага закончилась и стиральный порошок. А, и соль с сахаром!

— Ни постираться, ни подосраться, — плоско пошутил отец, заводя машину. — Да ты не переживай, Витёк, всё образуется.

В школу тебя запишем, с местными снюхаемся. Желчень не город, конечно, но и там нам будет неплохо, зуб даю!

«Хотелось бы верить», вновь отвернувшись от родителя, Витька уставился в боковое стекло. «Только вот как заставить себя поверить конкретно тебе, а, бать?..»

Глава пятая. Девчонка в коробчонке

«Ах, какая я умная!» — думала РуРу, покуда добросовестные человеки-курьеры, пыхтя, оборачивали вокруг неё воздушно-пузырьковую плёнку, а затем пристраивали в более-менее подходящую по размеру коробку.

«Ох, какая я хитрая!» — продолжала думать каменная странница, прислушиваясь к пробивавшемуся сквозь сон-не-сон рокоту двигателей, обозначавшими перелёт из Франции в Россию.

«Эх, какая я сообразительная!» — честно наслаждалась поездкой она, вместе с прочими почтовыми отправлениями выгружаясь из синего фургончика с логотипом «Почты России».

«Ух, какая я… погодите-ка», очередная похвальба оказалась прервана смутным беспокойством, связанным с раздражённым многоголосием, собравшимися аккурат над её, РуРу, временным пристанищем.

— …а я говорю тебе, что нет такой деревни на карте! Хочешь — сам посмотри. Вбиваем: деревня Златовка, Московской области… Золотнево, Златово, Златолюбово — и ни одной Златовки!

— Так там же того, приписка стоит вроде бы. Сейчас найду… ага, вот она: имение Златовых. Допустим, Златовку переименовали, но хоть какие-то развалины от того имения должны остаться, не?

— Ну и куда мы, по-твоему, должны доставить эту каменюку? На развалины? Мол, получите и распишитесь? Здесь даже индекс указан неверный, едва ли не дореволюционный.

Давай-ка без глупостей, Володь. Разворачиваем и отправляем обратно, на… как его… Cimetière du Père-Lachaise.

— Звучишь как француженка, Зин, — похвалил собеседницу невидимый Володя. — Только я бы дал этой каменюке шанс… вдруг кто-то ждёт её не дождётся. На газон там поставить, садовых гномов отпугивать, гы-гы.