Недосягаемое

— Наши — воспитанные, — позволила себе не согласиться РуРу. — Весьма смирные, вдобавок. Знаешь, почему? Хозяин Пер-Лашез никому спуска не даёт, всю пришлую нечисть разогнал, а местную по струнке выстроил и общественно-полезными работами занял.

Видимо, «общественно-полезные работы» и «кладбище» никак не желали складываться в Витькином мозгу в единую картину, потому что он уточнил:

— Это какие же, например?

— Подметаем дорожки, выдёргиваем сорняки… кстати, я отметила ту могилку, где ты зацепился, потом доложу Хозяину, совсем запустили… Надгробия протираем, петли калиток смазываем, оградки подкрашиваем, цветы засохшие убираем.

— Немало, — признал Витька, с прищуром наблюдая за казавшимся невообразимо далёким поисковым светлячком. — Только вот оставаться здесь дольше положенного никак не тянет. Прибавим шагу?

Тем временем Давид с Зойкой уже вышли на мощёную камнем дорожку, слегка мокроватую от прошедшего недавно дождя и оттого невообразимо скользкую. Оттого-то предполагавшееся триумфальным явление наследника великого рода Ландау оказалось слегка испорчено чертыханием и оскальзыванием.

МиМи с ЛоЛо не сразу обратили внимание на двух незнакомцев, как по команде замерших перед склепом имени Златовой Мирославы Демидовны, погружённые в свои далёкие от горгульевских дел заботы. ЛоЛо бешено строчила очередную крипи-пасту, торопясь успеть к ежемесячно проводимому конкурсу на «Лучшую историю». МиМи демонстрировала на камеру новый газовый шарфик, отлично сочетающийся с осенними оттенками и способному поднять настроение даже самой ворчливой парижской моднице.

— Кхм, кхм, — слегка задетый подобной невнимательностью прокашлялся Давид и постучал костяшками пальцев по стене склепа. — Есть кто дома?

— Oui, — очнувшись, МиМи засунула телефон в карман пиджака и спланировала вниз. — Заблудились, да? Ничего, сейчас я быстро отведу вас к выходу.

— Нет, мы к вам, — твёрдо сказал Давид, заставив брови первой красавицы Пер-Лашез затеряться в густой чёлке. — Фамилия «Ландау» вам о чём-нибудь говорит, мадмуазель?

МиМи по-охотничьи принюхалась и, обойдя вокруг Давида с по-прежнему висевшей на нём Зое, поражённо всплеснула руками:

— Mon Dieu! Действительно потомок Ландау, собственной персоной! ЛоЛо, немедленно спускайся и засвидетельствуй почтение правнуку нашего уважаемого Мастера!

— Сейчас, сейчас, — проворчала ЛоЛо, нехотя спускаясь вниз и по-прежнему глядя в экран телефона.