Город Крови. Шаал-Рю

— Значит, он велел мне притвориться, что ничего не произошло? Губитель сбежал из Ордена, Безликий в ярости. А я почему-то должен сидеть и ждать, пока меня не пустят в расход. Скоро Ахарис поймёт, кто открыл Ураниусу глаза, и тогда моё тело, боюсь, познает все муки, известные миру.  Ну уж нет, дудки. Найдите себе другого дурака. А я, пожалуй, уберусь отсюда как можно дальше.

Слит ворвался в столовую и злобно прогнал рабов, проводящих уборку помещения:

— Пошли вон, отбросы. Я не желаю видеть никого из вас.

И другим скажите, чтобы не смели сюда входить, пока я не разрешу.

Рабы подчинились, с ненавистью глядя на Слита. Они знали, что лучше не связываться с тем, кто служит Безликому и при этом мастерски владеет ножом, не хуже, чем сами Токра. Оставшись в одиночестве, Слит смёл с деревянного стола остатки неубранной посуды и, лихорадочно бормоча что-то невразумительное, начал чертить на нём геометрические фигуры. Для этого он использовал кусок угля.

— Как там было сказано, в той книге… Квадрат заключен в окружность… Сделано.

Круг вписан в треугольник… Готово.  Три символа из Зодиака Амальганика — Коричневый Циклоп, Красный Див и Чешуйчатая Ведьма. Итак, что мы имеем?

Отойдя чуть в сторону, Слит осмотрел результаты своего творчества.

— Кривенько, как-то, — недовольно поморщился шпион. — Хотя, сойдёт. Чай, не художник. Теперь главное — папирус с демонической меткой. Положим его в центр нашей фигуры.

Мерзкий Язык достал из кармана скомканный свиток и аккуратно разгладил его.

— А может, зря я всё это затеял? Ещё не поздно отказаться, — раб неуверенно замялся, но потом с некоторой обречённостью махнул рукой. — Ситас с ним. Будь, что будет.

Собравшись с духом, Слит начал медленно декламировать, произнося по памяти нелепые строчки:

— Ай, да услышь меня, Мерихим… Крюп-Дурюп…

Ай, да приди на мой зов, не отвергни его… Крюп-Дурюп…

Взываю к тебе, посланник Изергила. Услышь меня Мерихим…

Чёрная кровь барана станет тебе сластью,

Чёрные потроха овцы будут наградой за службу… Крюп-Дурюп…

И молоко чёрной коровы утолит твою жажду.

Я здесь… Крюп-Дурюп…

Свиток внезапно вспыхнул, заставив Слита на секунду отвернуться. Почти сразу же со стола донёсся надменный скрипучий голос:

— И я здесь, дурюп. Зачем звал Мерихима, смерд? 

Слит протёр глаза, не в силах справиться с удивлением. На мгновение ему показалось, что у него поехала крыша. На столе, прямо в центре его каракуль, сидел в позе лотоса сухонький старец.