Архивы организации «Крест». Адюльтер

Волчьи трущобы

Уже спустя полтора часа я в компании высокого седого мужика со сломанным носом стоял в подъезде одной из типовых многоэтажек в Мурино и зажимал кнопку звонка. Через несколько минут дверь распахнулась. На пороге показался тощий заспанный парень лет восемнадцати с коротким ёжиком светлых волос и каким-то туповатым, вытянутым лицом, испещрённым прыщами.

- Чё трезвонишь, на? – прорычал он. – В бубен дав…

Вместо ответа я ударил его правой, серебряный кастет впечатался в скулу, парень, вскрикнув, упал на задницу.

Кожа оборотня порозовела в месте прикосновения металла, всё-таки эти твари тоже чувствительны к серебру, хоть и не так остро, как вампиры. Парень затряс башкой, прижимая ладонь к обожжённой щеке. Я пнул его в морду, опрокидывая на пол, и сразу же наподдал по рёбрам. Тяжёлый армейский ботинок заставил того съёжиться от боли на полу.

- Ну здорова, Рябчик, – прошипел Сохатый, проходя за мной в квартиру и закрывая дверь.

- Сохатый, ты чё? – просипел парень, утирая кровь, капающую из разбитого носа.

Я снова пнул его под дых, и тот опять свернулся калачиком на линолеуме. Схватив парня за майку, которая предательски затрещала, я потащил его в скудно обставленную явно подержаной, советской еще мебелью комнату. Бросив его на полу, я сел в старое кресло, развернувшись к парню.

- Вы чего, мужики? – испуганно хрипел тот, не понимая, что происходит. Но тут ему в спину прилетел ещё один пинок, заставив ткнуться лицом в пол.

- Ты чё, падла, делаешь? – злобно прошипел Сохатый, входя в гостиную.

– Опрокинуть меня решил? Я те лох, что ли, какой-нибудь? – ещё один удар, на этот раз синим от партаков кулаком. Парень вскрикнул, хватаясь за левый глаз.

- Ты чего, Сохатый?! Да я никогда!

- Заткнись, падла! – ещё один удар, на этот раз ладонью по уху. – Репутацию портишь, дела за моей спиной ворочаешь. Нюх совсем потерял?

Гена снова поднял руку, но я остановил его.

- Хорош пока.

Парень тут же отполз и теперь затравленно смотрел на нас из угла, не зная, за какую повреждённую часть лица держаться.

Кровь из носа капала на порванную майку, ухо покраснело, а в глазу видно было лопнувший сосуд.

- Вы… Ты ч-чего Са-хатый? – от страха он начал заикаться. – Я-я бы никогда!

- Никогда, говоришь? – саркастично переспросил я, вставая с кресла. Присев рядом с Яриком на корточки, я поправил кастет. – А Катю Козянкову помнишь? Девочка денег у вас в долг брала.