Лестница под напряжением

Лечить пробоины и обучать тебя мы будем завтра.

— Если бы я не доверяла тебе как другу, я бы подумала, что ты мошенник и несёшь какой-то бред, — призналась я. И вздохнула. У меня снова пухли мозги, в сотый раз за этот сумасшедший день!

— Так и есть. Мы мыслим в тех рамках, которые сами себе поставили, — вервольф по-доброму усмехнулся.

Интриги княгини

Онилия вышла из Теневой Стороны в своём будуаре. Поправила причёску, оправила платье, встряхнув её от межпространственной пыли. Вибрации её дома заставили напрячься.

В доме, а конкретно в подземельях, находился посторонний источник чёрной магии.

Онилия тут же добралась туда. Она увидела спящего, погружённого почти в коматозный сон мальчишку. Осмотрела его. И совсем не удивилась. Быстро поднялась по лестнице и пришла на кухню, поговорить со своим племянником. Роджер занимался готовкой еды. Он разделывал сырое мясо, внешне выглядя абсолютно спокойным.

— Роджер, где девочка?

— Спит. В бильярдной. И это не девочка, а мой вагант! — заявил тот с апломбом и гордостью.

— Почему ты не предложил ей её личную комнату?

— Не успел. Бедняжка, она в сильном потрясении!

— Бедняжка — это ещё мягко сказано! Ты знаешь, что ей её родственница надела на шею? — допытывалась Онилия.

— Очень дорогую антикварную побрякушку, — наигранно-безучастно ответил её племянник.

— Нет. Сильнейший магический предмет, с помощью которого можно управлять Временем. Называется Медальон Вечности. Принадлежит самой Царице Рока Сире, или Белой Богине! Ты понимаешь, что это?

Роджер застыл, замахнувшись разделочным мясницким ножом.

Словно окаменел. Потом медленно опустил нож, мягко и нежно положил рядом с куском мясо. Медленно оглянулся и осмотрел тётю с ног до головы:

— Акула мне в пасть, тысяча чертей, барракуда в глотку и якорь в третье ухо! — ошеломлённо пробормотал Роджер. — Уж не хочешь ли ты сказать, что это — Второй Ключ?!

Вместо прямого ответа Онилия принялась командовать:

— Вот что, Роджер: девочка или твой вагант пока ни о чём не должна знать.

Правда слишком велика для неё. Если узнает — уже будет спать вечным сном.

— Неужели ты так беспокоишься за стальные нервы моего ваганта?

— Нет. Ты не понимаешь. Здесь я беспокоюсь уже не за то, ЧТО она узнает, а за то, ЗАЧЕМ она узнает. Пока я не пойму той цели, по которой Медальон попал к ней и той Миссии, которую начала выполнять она, я не решусь ни о чём судить.

— Случайностей не бывает, Онилия.

— Вот именно! Но это ещё не всё.