Каникулы не в радость

При упомянутом разговоре присутствовала и небезызвестная вам госпожа фон Девора, которая рассказала, что к ней наведывался некто Алексей Иванович Терентьев, и расспрашивал о проекте “Очернитель нив”.

– Алексей Иванович? – нахмурился глава российской инквизиции. – Интерес явно непраздный и очень тревожный, но подозреваемый какой-то максимально абстрактный. В России таких Терентьевых…

– Погоди-ка, босс, а это не Начертатель ли часом? – прищурил единственный глаз Борхан. – Этого хмыря в последнее время видели уже раза три, и как минимум его точно зовут Алексеем.

– Возмо-ожно, – кивнул Николай, задумчиво хмурясь и одновременно с тем призывая откуда-то с верхней полки небольшую папку, а затем – передавая ее Руфине. – Руфи, найди, пожалуйста… А я пока хочу выяснить, о чем именно расспрашивали госпожу фон Девору, и что она рассказала?

– Ну, не сказать, что она знает сильно больше, чем можно выяснить из открытых источников, – отозвался Егор. – Она сразу отказалась отвечать, как можно такую тварь контролировать и тому подобное…

– А она знает?

– Не уточнила… Говорит, подтвердила только, в каких странах их использовали.

– И России в списке не было, – теперь Николай не спрашивал. – То есть, можно предположить, что если речь об использовании наследия проекта (вряд ли его можно возобновить незаметно) – то в качестве цели выбирается страна из тех, где результатам проекта не противостояли…

– Вот, нашла! – воскликнула Руфина, протягивая своему начальнику несколько сшитых листов.

– …что еще не означает, что это был именно он, – кивнул Николай, пробегая документ глазами. – Но ладно, это мы выясним. Пока же перейдем к тому, зачем мы, собственно, вызвали наших польских друзей – нападения на технократов. Если бы все дело было просто в отдельных проклятиях – мы бы, разумеется, управились и сами (не сейчас, так немного погодя). Проблема в другом – нами…

Не успел он договорить, как в дверь кабинета громко постучали, а затем, не дожидаясь разрешения, внутрь влетел какой-то парень: невысокий, всклокоченный, в черном спортивном костюме и явно встревоженный.

– Николай Дмитриевич, снова нападение на деревню! – выпалил он, не размениваясь на вежливости. – Только что поступило сообщение!

Ариман даже вздрогнул, когда глава российской инквизиции вдруг поднялся на ноги.

– Вот-вот-вот, о чем и я! – заговорил он куда энергичнее, почти обвиняюще указывая на “гонца”.