Каникулы не в радость

– Магическая болезнь, вызываемая темным конструктом – еще не дух и не что-то разумное, но уже и не обычные чары, – которая заражает тело человека… как бы это попроще объяснить…

– Скажи “хворью”, – подсказала Воронцова.

– Н-ну.. д-да, условно говоря… хворью, которая подтачивает человека, стараясь свести его в могилу, а чтобы организму было сложнее противостоять ей – воздействует и на психику, вызывая вспышки агрессии и распыляя силы. В процессе часть… назовем это “магическими спорами”... проникает в телесные жидкости, и при попадании на тело другого человека с вероятностью заражает и его.

– Пот, слезы и молозиво? – догадалась Амиала.

– И кровь со слюной, хотя в меньшей степени… я думал, все уцелевшие экземпляры этой дряни под контролем Инквизиции!

– Ты же знаешь, что если экземпляр смогли получить для изучения вы с Сашей – могли и другие, – хмыкнул Шон. – И прекрасно знаешь минимум один случай, когда это случалось.

– Сохор… – Вулкан помрачнел еще больше.

– Вполне вероятно.

– У вас уже даже подозреваемый есть?! – удивился Егор.

– Есть, но проблема не в этом…

– Нужно вводить магический карантин, немедленно! – перебил его Вулкан. – Причем с нами по эту сторону щита.

Собравшиеся дружно смолкли, глядя на него.

– Что? Магический карантин? – севшим голосом переспросила Амиала.

– Да, – снова вступила в разговор Воронцова. – Эта дрянь не слишком заразная, но очень опасная и неизлечимая, а упустить ее к технократам… России очень повезло, что две предыдущие деревни были сравнительно глухие и из них никто не уехал.

– Неизлечимая? – пискнула Найси, внутренне холодея.

– Увы, но на сегодня нет. Все “лечение” сводится к купированию вспышек агрессии (причем как можно более резкому, шоковому!) и выжиданию, сумеет ли справиться организм цели – практически подбрасывание монетки.

– Ужас… но почему мы? – усомнился Егор. – Почему нельзя вызвать Целителей (которые, вообще-то, этими вещами и занимаются)?

– Потому, что Целители руководствуются принципом “не навреди”, а купирование проводится методами, балансирующими на грани вредительства, – мрачно пояснил Шон.

– Вредительства?

– Да, – Воронцова прикрыла глаза. – Приступы проходят сами, но могут длиться по несколько часов, а прервать их может сильное болезненное ощущение на грани шока – благодаря этому больной не получает такой нагрузки на организм, что повышает его шансы.