Каникулы не в радость

– Только… погоди-ка, я же не обратила внимание, у кого ты ее…

Женщина не договорила, поворачиваясь к дому и разглядывая палочку в отсветах ярких окон.

– У Генриха Оливье, – робко подала голос рыжеволосая. – Он…

– Да, вижу. Тогда все понятно, – Мика сокрушенно покачала головой и протянула артефакт обратно. – Я стараюсь не говорить плохо о коллегах, но…

Она пожала плечами и оглянулась.

– Но я слышала, что мсье Оливье – лучший мастер, – Беренайси вернула палочку на место, вновь ощутив легкий укол неодобрения.

– С моей палочкой что-то не так?

– Не то, чтобы не так... – женщина вновь оглянулась по сторонам, точно сомневаясь, что их не подслушивают. – Понимаешь, мсье Оливье как изготовитель и правда очень и очень неплох… технически. Но он очень ограничен. Он много лет изучал материалы, их взаимодействие, а потом отобрал лучшие из них и только ими с тех пор и пользуется. Артефакты действительно выходят качественные, мастерски сработанные сами по себе, но… они часто – очень часто – почти не учитывают личных особенностей мага.

Не всем подходит одно и то же, а мсье Оливье еще больше сужает круг выбора. Тем более, что он поклонник палочек, и юный маг скорее всего получит у него именно ее.

– Да, он меня именно к стеллажам с палочками и повел, – со смущенной улыбкой припомнила Найси.

– Вот видишь. Такую вещь, как личного помощника в направлении чар, по-хорошему, вообще бы изготавливать индивидуально, но это довольно сложно для мастеров, – судя по оживленно поблескивающим глазам, говорить Мика могла бы еще долго, но, видимо понимая, что увлекается, она только плечами пожала, заключая: – В общем, палочка у тебя неплохая – об этом не тревожься, – да и сама ты ведьма, думаю, весьма способная, но… ты могла бы больше, Найси.

Гораздо больше.

"Она говорит как некоторые учителя, – с неудовольствием отметила про себя тем временем девушка. – Правда, по моей палочке еще никто не проходился.

И вообще – разве дело в артефакте, а не в направляющем его волшебнике?"

Этот вопрос она и задала вслух.

– Безусловно, – согласилась собеседница. – Но возьми в левую руку тупой карандаш и напиши так книгу. К середине книги ты и писать левой рукой научишься, и карандаш тебя, наверно, перестанет раздражать…

– Но ведь сюжет хуже от этого не станет, – заметил Ариман.

– Не станет, – вновь покладисто согласилась Мика.