Спасите меня, Кацураги-сан! Том 4

А если говорить откровенно, он попросту хочет одарить своего сына Ямамото Ватару активом, который обеспечит всю его династию безграничным капиталом до скончания времён.

Амбициозно. Но вопрос денег и величия корпорации меня волнует меньше всего. Главное, чтобы «Онкокура» действительно работал. А уж работает он или нет – я выясню. В этом и заключается моя задача.

Я взял папку с инструкциями и пошёл к выходу из кабинета.

– Кацураги-сан! – окликнул меня заведующий.

– Да, Эитиро-сан? – я остановился.

– Постарайтесь, пожалуйста.

Я на вас рассчитываю, – сказал он. – От вас очень многое зависит.

– От меня в последнее время слишком многое зависит, – ответил я. – Мне не привыкать. До завтра, Эитиро-сан. Вы можете в полной мере на меня рассчитывать.

Я вышел из кабинета и взглянул на Кондо Кагари. Думаю, я выглядел приблизительно так же, как и Куренай Цукаса.

– Ч-что случилось, Кондо-сан? – спросил мой коллега.

– Скорой сами узнаете, – сказал я. – Только хочу предупредить вас, Кондо-сан.

Я знаю, как вы любите поболтать. Как только покинете кабинет Эитиро Кагами, даже не думайте разговаривать об услышанном ни с одной живой душой. Даже под угрозой смерти.

У Кондо отвисла нижняя челюсть. Но я должен был убедиться. Если он не сможет молчать, лучше вообще не допускать парня до испытаний.

– Я понял вас, Кацураги-сан, – кивнул Кондо. – Я не подведу. Ни вас, ни клинику.

Кондо зашёл в кабинет заведующего, а я направился к себе. Из памяти после разговора об «Ококура» уже успели вылететь названия первых двух препаратов.

Не сомневаюсь, что семья Фурухата и семья Кондо хорошо потрудились над своими лекарственными средствами, но всё внимание к себе перетянул препарат семьи Ямамото.

Стоп… Уже войдя в свой кабинет, я вспомнил все события, что произошли со мной за последний месяц, и пришёл к шокирующему осознанию.

Ямамото Мифунэ выкупил патент на препарат совсем недавно. Изначально над веществом работала семья Канамори.

Теперь понятно, почему Канамори Ринтаро настолько яро пытался извести всех конкурентов.

Даже его попытки изжить меня из клиники и из съёмной квартиры резко заиграли другими красками. Он считал, что я – опасный игрок, который намеренно будет завышать показатели Фурухаты и Кондо, и занижать эффективность «Онкокура».

Не знаю, что им двигало – желание помочь людям или обогатиться, но теперь мне, по крайней мере, ясно, зачем были все эти пляски.

Я погрузился ещё в свои мысли и копнул глубже.