Спасите меня, Кацураги-сан! Том 4

Медсёстры принесли это лекарство не по ошибке. Я сказал им, что у пациента хронический панкреатит, а при нём использование таких препаратов строго необходимо.

Но не в этой ситуации. Ни один врач не пошёл бы на то, что я собираюсь сделать. Без моих сил использование этого лекарства лишь навредило бы пациенту.

Я выждал несколько минут и дождался, когда спазмолитик подействует. Увидев, что стенки кишечника начали расслабляться, я сразу же приступил к делу.

Положил руки на живот Бьякую Шино, сделав вид, будто продолжаю его обследовать.

Хотя сам в этот момент устремил поток целительской энергии прямо на мышечные волокна его толстого кишечника.

Если мыслить масштабно, эта задача – плёвое дело для любого целителя. Но для моего нынешнего уровня сил – настоящее испытание. На моём лице выступили капли пота. Я был напряжён до предела.

Крайне важно восстановить работу кишечника, но при этом не позволить каловым массам передавить его стенки. Если проходящие там сосуды пережмёт – разовьётся одно из самых грозных осложнений острой кишечной непроходимости.

Ишемия кишки с последующей гангреной. Если из-за недостатка кровоснабжения орган начнёт гнить, ситуацию будет трудно разрешить даже хирургам.

Но я был уверен в своих силах, а потому продолжал.

Шли минуты, десятки минут. Я потерял счёт времени. Вероятно, прошло уже чуть больше полчаса. Бьякуе Шино было ещё труднее, чем мне. Его сковывало от острых болей в животе, но я старался максимально смягчить этот процесс.

Я дополнительно направлял энергию на сосуды кишечника, расширяя их, когда стенку начинало сдавливать.

И спустя сорок минут тяжёлых трудов процесс был завершён.

Пульс гулко стучал в моих ушах, тело онемело от усталости. «Самоанализ» вопил о необходимости отдохнуть.

Но мне удалось! В месте закупорки вновь образовался достаточно широкий просвет. К тому моменту Бьякуя Шино уже перестал стонать. Лишь молча смотрел в потолок.

– Как себя чувствуете, Бьякуя-сан? – спросил я.

– Не знаю, что вы со мной сделали, – пробормотал он.

– Но, кажется, мне нужно отойти в уборную.

– Отлично, – выдохнул я и вышел в коридор, чтобы позвать санитаров.

Они помогли пациенту дойти до уборной, а я в это время прошёлся до ординаторской, помыл руки и умылся ледяной водой.

Получилось. Для всех история болезни Бьякуи Шино останется случаем с обострения хронического панкреатита. И всё это для того, чтобы не дать ему попасть на операционный стол.

И не только поэтому. Я собирался предложить пациенту кое-что ещё.