ПраКысиньку и ПраДракона

хищный звероящер в очках и шляпе, а я - ну, ясное дело, как кысинька - сразу видно, что пара. Гармонируем, каким-то немыслимым образом даже похожи. Семья потому что.

А еще, нам это просто нравится. Там солнышко, говорит. Одеваемся! И включает какой-нибудь легкомысленный диксиленд.. Черное или коричневое, спрашиваю. Коричневое. Значит, в деталях будет бронза вместо серебра. Выбираю гарнитур с летящими флоральными подвесками, затягиваю на талии ремень с такой же пряжкой. Любуется. Радуюсь. И мы идем в парк, прогуливаться вдоль искрящихся листочками на солнце аллей, греться на скамеечке, смотреть, как смеются катаемые папами на плечах малыши и носятся по полянке счастливые собаки.

Дом для соловушек

В окно спальни видно развесистую осину, лет пятьдесят ей точно. Она там торчала рядом с кочегаркой, когда еще не было центрального отопления. Плохо ей там было, дымно. А как кочегарку снесли, плечи развернула. Муж ее с детства помнит и оберегает.

Несколько лет назад поселил в кроне соловушек, чтобы меня радовали, раз сам не мог уделять мне достаточно времени.

И так, вообще, чтобы маленьким птичкам жилось уютно и безопасно.В то лето я часто просыпалась на рассвете, смотрела через дверной проем, как муж сидит за столом в кабинете и улыбалась буйному многоголосию соловьиной общаги.

Теперь соловушки подуспокоились: скандалистов выселили, сплошная тишь, благодать и птенцы в дружной семье. Сменили шумных галок на двух больших сторожевых ворон, птиц серьезных и открывающих клюв исключительно чтобы гонять бакланов.

Песен стало меньше, но по-прежнему теплеет на душе оттого, что там, высоко в ветвях, все хорошо.

Страхи

Говорит, я одна его совсем не боюсь. Так я отбоялась, и практически, сразу. Однажды пришел выпивши, сел за письменный стол, вынул из-под кожаного пиджака револьвер и давай его в руках вертеть. Жутенько как-то это выглядело и совсем-совсем взаправду. Подумалось, пристрелит сейчас, ничего не имея ввиду. И тут мне так сердце защемило, как же он будет потом, когда очнется, без Кысиньки, совсем один.

. А я-то что, есть вещи гораздо хуже, чем просто случайно закончиться. Например стать для него такой, как все. Посмотрел на меня внимательно, убрал. А потом, через много лет, узнала, о чем тогда думал, и для кого в быстрый доступ ствол доставал. Это жуть же какая, когда дракону, у которого, наконец, появилась Кысинька, кажется, что это - глюк и чья-то злая шутка. Потом еще было пару раз, тоже непотрезву: Кыси нету и все тут.