Пока не поздно

Боль и страх перед следующим ударом наполнили его до краев, и он, откинувшись на спинку стула, отключился.

* * *

Борис очнулся от дурного сна и вытер холодную испарину со лба. Горло неприятно саднило, словно он взаправду кричал, разрываясь от боли.

Сморгнув остатки кошмара, он приподнялся на локтях и осмотрелся. Борис лежал в светлой комнате, в мягкой родной постели. Жнецы и резня – всего лишь плод ночной духоты. Он дома и ничего с ним не случилось.

В кухне что-то грохнуло.

Сердце ушло в пятки – у Бориса нет жены, которая спозаранку готовила бы завтрак!

Он быстро выбрался из постели и, вынув бейсбольную биту из-под кровати, осторожно выглянул из комнаты.

Крадучись, прошмыгнул через коридор и встал на пороге кухни.

В раскаленной сковороде недовольно шипел кусочек сливочного масла, но человека, который затеял готовку, не было видно.

– Не понял! – Борис озадаченно уставился на сковородку.

– Что именно тебе не понятно, м? – из-под стола выглянула пурпурная голова, а потом обладательница ярких волос выпрямилась в полный рост.

Среди тесной, белой, по-холостяцки необжитой кухни женщина в модной рубашке и драных джинсах смотрелась так же нелепо как Борис в голубой шелковой пижаме с бейсбольной битой на плече.

Женщина окинула хозяина дома быстрым взглядом. Ее черные бездонные глаза лишь на мгновение дольше задержались на всклокоченных волосах Бориса.

Гостья усмехнулась и вернулась к плите.

– Дорогуша, ты кто такая? – бывший бандит расправил плечи и вразвалочку вошел в кухню, покачивая битой из стороны в сторону как маятником.

– Тебя каким ветром занесло в берлогу холостяка? Я не припоминаю, чтоб мы были знакомы – значит, ты не из этих…

– О-о, ты прав! – резко воскликнула гостья, выливая на сковороду яйца с овощами. – Мы еще не познакомились! Меня зовут Богиня. И это большая удача для меня, что я попала к тебе в сон, уважаемый!

Борис уперся битой в пол.

– Ты у меня в голове??

– Нет, мы в мире твоих грез, где явь перемешивается с вымыслом.

Хоть ты и умер, но способность видеть сны еще не утратил. Души усопших забывают путь в мир грез через сотни лет.

Борис тряхнул головой.

– Так все-таки я умер?

– Окончательно и бесповоротно, – кивнула Богиня и ловко подкинула яичный блин. Тот как в замедленной съемке сделал несколько красивых сальто в полете и шмякнулся обратно точно в сковородку.

Борис почесал в затылке. В мгновение ока он стал гостем в собственном доме.