Пока не поздно

– Вдруг смех – очередной капкан для нас?

Богиня покачала головой.

– Ничего не случится. Там, впереди душа, которая устроила этот бедлам. Вы же ее искали и обратились ко мне за помощью. Вот я нашла ее для вас и готова отвести к ней. Все, как договаривались.

Фидан посмотрел сначала на Киримира, затем на Арину и они молча пришли к соглашению.

– Идем, – сказал Фидан, – этому безумию пора закончиться.

* * *

Тим Лавенски сидел в кабинете. У него и прежде был такой уголок, где он мог сидеть часами над книгой или листать журналы, а иногда писать сценарии к новым выступлениям.

Тот кабинет был маленьким и невзрачным, потому что размещался в трейлере, набитом старым тряпьем. А этот новый выглядел идеально в представлении Тима, даже пах по-другому.

Он сидел за столом, на котором была развернута карта Лабиринта Развлечений. При ярком свете хрустальной люстры Тим наблюдал за четырьмя фигурами, которые плавно двигались по нарисованным коридорам.

Высокая резная дверь открылась и в кабинет вкатилась тележка с подносом, на нем стоял синий чайный сервиз.

О таком Тим мечтал при жизни, но не подозревал, что жизнь оборвется так рано и он не обзаведется хорошей посудой. Иллюзия работала и исправляла, что Лавенски хотел, но так и не успел сделать.

Если говорить обо все по порядку, то Тим Лавенски провел не один день над планом мести. Сама идея родилась во время первого слушания по его делу. Тогда Тим не раскаялся в содеянном, и суд решил провести через время еще одно заседание, слепо надеясь, что подсудимый подумает над своим поведением.

А Тим лелеял обиду и разрабатывал план мести, проводя часы между заседаниями суда в заточении на нижнем этаже Центра Сопровождения.

Поначалу план выглядел скучно, но Тим быстро внес в него несколько свежих идей. Мелочи сделали ловушку правдоподобной и коварной.

Зал суда открыл ему глаза на прошлое. Тим Лавенски и при жизни строил грандиозные планы и воплощал их.

Захотел – поступил в цирковое училище. Захотел – подписал контракт с престижным кочевым цирком. Захотел – лучшие номера в программе принадлежат ему.

Пожалуй, единственное, чего Тим так и не смог получить, хотя очень страстно желал – любовь. Девушка, которая смотрела каждое выступление Лавенски, бесследно исчезала, стоило ему бросить заинтересованный взгляд на поклонницу.

Потом Тим сообразил – с его чувствами играют.