Отражения

Пожилой мужчина, очевидно местный сторож, впустил нас через заднюю калитку во двор, а потом проводил к высокой резной двери главного входа.

Стоило нам переступить порог храма, как откуда-то сверху грянула мелодия – торжественная, грозная, величественная, необыкновенно знакомая. Она обрушилась на наши головы, как водопад. Ее звуки неслись со всех сторон, создавая впечатление, будто в пустом зале с узкими деревянными скамеечками собрался невидимый оркестр, и он играет сразу отовсюду.

Чистяков, тронул меня за локоть и указал рукой куда-то в глубину храма.

В полутемном зале, освещенном небольшим боковым светильником, кто-то сидел. Не призрак, а живой человек – широкоплечий мужчина, с копной густых темных кудрей.

- Неужели настоятель решил проконтролировать мою работу? – усмехнулся мне в ухо однокурсник.

Словно услышав его слова, мужчина обернулся. От неожиданности я охнула. Это был Андрей Кутузов.

Увидев нас, Андрей махнул рукой и указал на скамейку рядом с собой.

Мы с Серегой переглянулись, а потом подошли к нему и послушно уселись на лавку. Чистяков хотел ему что-то сказать, но Кутузов жестом его остановил.

Музыка между тем продолжала бушевать, как могучий безбрежный океан. От мощного дыхания органа по спине и рукам бегали мурашки, а сердце сжималось от переполнявшего его восторга.

- Это был Иоганн Бах, - сказал Кутузов, когда мелодия смолкла. – Токката и фуга ре минор. Самое знаменитое его произведение.

- Я прошу прощения, - Чистяков смущенно откашлялся.

– Что вы здесь делаете?

- Пришел послушать музыку, - Андрей невозмутимо пожал плечами. – Мне сказали, что сегодня Марк отправится в райские кущи. Я не мог пропустить его последний концерт.

- Марк – это органист? – догадалась я.

- Да, - кивнул мой куратор.

- Но где же он?

- На хорах, конечно. Орган в католических храмах размещается под потолком, чтобы музыка нисходила на прихожан с высоты.

- Значит, придется лезть под потолок, - пробормотал Чистяков.

- Придется, - кивнул Кутузов. – Однако я попросил бы вас сделать это чуть позже. Минут через сорок, когда концерт подойдет к концу. Очень уж хочется его дослушать.

Серега пожал плечами и откинулся на спинку скамейки.

- Ты тоже планируешь подняться на хоры, Саша? – спросил Андрей у меня.

- Нет, - я покачала головой. – Я просто пришла на концерт.

Андрей улыбнулся. Эта улыбка согрела меня, как теплая печка в студеный зимний день.