Свалка времени. Часть 3. Легенда

На глазах у хозяйки Максим порвал письмо на мелкие клочки и выбросил его в мусор.

- Горжусь своей матерью! Продать квартиру возле аномальной Зоны – это надо суметь! Скажите, не осталось ничего от моих вещей? Компьютер там был, одежда. Оружейный сейф.

- Все в сарае, - участливо сказал Павлик, достав из шкафа ключ. – Я хотел выбросить хлам, да Валентина запретила. Как знала, что ты придешь. Пойдем, отведу.

В сарае Максим несколько минут перебирал свои пожитки, потом снял крышку с корпуса компьютера. Никто ничего не тронул.

Но, конечно, за двадцать лет железо устарело. И все равно это лучше, чем ничего.

- Лестница есть? – спросил Максим. – Надо же мне как-то все это переправить в Зону. Хочу освободить вам немного места.

- Ты с ума сошел! – воскликнул Павел. – Там же смерть лютая!

- Что немцу смерть, то русскому хорошо, - Максим не упустил возможности пошутить. – Я только что оттуда. Честно говоря, мне все равно, с какой стороны периметра я буду квартировать.

Павел покрутил пальцем у виска, но все же прислонил лестницу к бетонной ограде.

- Если что, на меня можешь рассчитывать только до забора. Не самоубийца.

- Я и не прошу дальше. Понимаю. «Глухим» туда вход заказан.

Максим перетащил все, кроме неподъемного сейфа, в схрон. Вещей вроде как было немного, но на тяжкий труд грузчика ушло несколько часов. Возиться пришлось почти до темноты, несмотря на помощь Павла. Наконец когда квадратное солнце скрылось за разрушенными цехами, Максим вернулся в диспетчерскую.

Он рухнул на пропыленную насквозь постель и мгновенно уснул. Сегодняшний день – странный и одновременно жуткий, закончился. Со всем остальным придется разбираться завтра.

Глава 36. Важные дела

Максим проснулся только в середине дня. Все тело невыносимо ломило после недели, проведенной с ныне покойными туристами в уральских горах. Желудок сводили голодные спазмы. В горле пересохло. И если с водой в Зоне проблем не было – даже на ее краю в разрушенной диспетчерской полноценно работал санузел, и откуда-то подавалось электричество, то еду приходилось добывать.

Или внутри периметра, или снаружи. Раз так, придется идти в «Магнит». Провианта в рюкзаке не осталось.

Стояла обычная для лета жаркая погода. Над асфальтом колыхался горячий воздух. В городе, казалось, ничего не изменилось за двадцать лет – все те же дома, узкие улицы, лужицы миражей да старые троллейбусы на главной дороге. Разве что людей стало меньше. Заметно меньше.