Апельсиновый вереск. Дорога возврата

— Даже если бы у тебя был позыв доброты, то вряд ли бы ты смог переступить через себя.

— Пока что предложение исполнять желания, не получив ничего взамен, вызывает у меня только позыв тошноты. Если ты вдруг забыл, Дэбальд, мы фейри. Никогда ничего не делаем просто так.

— Мне нравится, как ты оправдываешь свою беспомощность.

— Беспомощность? — прищурился Элфи. Дэбальд начинал его злить, а на это были способны не многие. — Ты знаешь мою силу и считаешь, что я не смогу справиться с глупыми желаниями людей?

— Ты силен, — согласился он.

— Но не справишься по другой причине. Гордость не позволит тебе совершить бескорыстный поступок.

— Ну, хорошо, — процедил сквозь зубы Элфи. — Давай заключим сделку.

— Корысть снова взяла над тобой верх, — потешался Дэбальд.

— Должен же я хоть в чем-то выиграть, — усмехнулся Элфи. — Я исполню четыре желания четырех постояльцев “Зверинца”, не требуя ничего взамен. Если у меня получится, то я всегда буду останавливаться в твоей гостинице бесплатно.

Дэбальд нахмурился.

— Три серебряных.

Это символичная цена.

— Два.

— По рукам.

Они пожали руки в подтверждение заключенной сделки. Дэбальд сделал короткий пасс.

— Теперь в каждом номере рядом со столичными журналами лежит реклама твоих услуг. Волшебное исполнение желаний, — с улыбкой на губах вещал он. — Как захватывающе. Давно я так не веселился.

— Ты сам сделал выбор, покинув Приморию, — Элфи задумчиво посмотрел на дверь.

— Не вселяй в меня тоску по дому.

Дэбальд замолчал. Его бледно-голубые глаза подернулись дымкой воспоминаний.

А Элфи, несмотря на все свое недовольство, с интересом ждал первого гостя. Он все еще считал, что за волшебство всегда нужно платить. Ничего не дается просто так. Даже бескорыстие карается.

Впрочем, в будущее Элфи заглянуть не мог. Поэтому и не мог тогда знать, как сильно он изменит судьбу этих четырех людей. Так же как и не мог знать, как сильно они изменят его судьбу в будущем.

Первый гость постучал в дверь спустя четверть часа. Дэбальд усмехнулся и сказал:

— Скроюсь в тенях, — а затем растворился, слившись с полумраком комнаты.

— Войдите.

На пороге комнаты появился мужчина. Он был стар. По людским меркам ему должно быть около шестидесяти. Выглядел человек не лучшим образом. Седые волосы запутаны в колтуны, в бороде застряли хлебные крошки. Морщины по всему лицу, уставшие глаза, белки которых приобрели алый оттенок. Он опирался на трость, потому что не мог нормально ходить.

Мужчина остановился на пороге, не решаясь пройти дальше.