Апельсиновый вереск. Дорога возврата

Этери вытащила его и с удивлением рассмотрела со всех сторон.

Он выглядел точно так же, как ее дневник, купленный у старушки Хопкинс. Должно быть, Лилит приобрела его там же.

Раскрыв блокнот, Этери погрузилась в чтение мыслей Лилит Фэрнсби, запечатленных на бумаге.

“Меня зовут Лилит. Просто Лилит, без каких-либо приставок или титулов. Я очнулась в холодной воде, а над головой смыкалось темное ночное небо. Оно было красивым, с миллионом звезд и запомнилось мне на всю оставшуюся жизнь. Ведь больше я ничего не помнила.

Только имя.

Меня зовут Лилит. И раз это мое единственное воспоминание, я сделаю все, чтобы больше никогда его не забыть”.

Руки Этери дрогнули, но она перелистнула страницу. Лилит записывала все, что с ней происходит. Первое знакомство с Джоном. Новость о беременности. Как она выбрала имя дочери и назвала ее Этери, потому что в переводе имя означает “звезда” или “вечерний свет”. Читая сухие строчки, у Этери сжималось сердце, в него впивалось тысячи иголок, а глаза наполнялись слезами.

Лилит была строга, но справедлива. И любила дочь. Не так, как остальные родители любят своих детей, но любила.

На последней странице не было ничего. Только картонная нарисованная карточка, на которой была изображена молодая Лилит и незнакомый Этери мужчина. На губах матери блуждала радостная улыбка. А мужчина обнимал женщину за пояс, насмешливо глядя на художника. Раньше Этери не видела этого рисунка. Кроме кольца у Лилит ничего больше с собой не было.

Или было?

Спрятав карточку в карман жакета, Этери убрала дневник обратно в ящик и потянулась к книге.

Неспроста незнакомец из книжной лавки выбрал именно эту книгу. В ней должно было быть нечто особенное.

“Сказки Древней Ареморики”.

Листы сухого пергамента пожелтели от времени, а некоторые буквы с завитушками выцвели. Зато иллюстрации сохранились так, словно художник только-только закончил их рисовать.

С первой страницы на Этери смотрела женщина с насмешливыми глазами. Она была не старой и не молодой, в алом плаще, капюшон которого был накинут на голову.

Женщина держала высоко над головой фонарь, в котором ярким пламенем горел огонь, а в другой руке сжимала копье, на первый взгляд самое обычное. В книге была сказка об этом копье. Его обладатель становился непобедимым в честном бою.

Сказки показались Этери занимательными, хотя она ни разу не видела ничего подобного. Картинки будто бы оживали на страницах книги с каждым новым прочитанным словом.