Фельдшер

- И что? Значит не надо пытаться спасти? - встрял Крылов, но Глебов его проигнорировал.

- Ваш Макаренко хочет утопить Голицыну вот и весь сказ, что тут непонятного? - Глебов усмехнулся. - Только вот говно не тонет и эта стерва быстренько себя обелит заключением из морга. Давай, Наташ, ставь капельницу и посмотрим, сколько попадет в кровь протаминчика.

Так про это говорила Голицына, говоря не лезть? У меня даже слов подходящих для всего этого нет. Но я упорно продолжаю качать, потому что мне не трудно, а Овечкин на ИВЛ.

Запоздало приходит мысль, что надо было послушать мысли Макаренко, может быть прояснилось хоть что-то.

На двадцатой минуте егерь «завелся» и Глебов нас всех отпустил в наше отделение, а у Овечкина забрал кучу анализов. Крылов и Дорожин тихо сплетничая, ушли переодеваться, я же вернулся на свой пост и открыл истории своих больных, смотря назначения. К двенадцати ночи притащились две «скорые», скинули нам двоих и Макаренко обоих впихнул ко мне, даже забрав свободную койку у Даши.

Улучшив момент, пока он осматривал поступивших, я отпустил свою обезьянку на волю.

«- Аневризму эту завтра пусть Дорожин с Крыловом оперируют, себе возьму этого с эпистатусом».

Его мысли были бесцеремонно прерваны громкой Дашей:

«- Да-а уж, если Сонька сказала правду насчет Голицыной и Олега, то понятно почему он так похорошел. Поди за ручку водит его по косметологам всяким. Да и какой мужик сам туда пойдет по своей доброй воле? Бывшего, вон, к стоматологу пришлось везти, когда у того пол рожи раздуло и уже зуб удалять надо было!».

Я с подозрением посмотрел на второй пост, но Даша корпела над учебником, как и полагается. Когда я смотрю учебные видео по химии, я думаю только о ней, как она умудряется учиться и о всякой фигне думать?

«- Ладно, скажу этому… чтобы маннитол поставил Кудряшову. Отек с мозга снимем, глядишь оклемается к утру. Значит, Оле он нравится? Чем? Молодостью?».

- Кудряшову поставь двести маннита, - заведующий остановился у моего поста, глядя на меня сверху вниз.

- И мочевые катетеры обоим поставь.

«- Всего лишь медбрат. Или ее душеньку греет то, что он послушный, как собачка?».

Я встаю и иду к больным, продолжая слышать его мысли:

«- Всю душу истрепала, тварь. Вцепилась в это отделение мертвой хваткой… из-за него может? А ведь место заведующей в Боткина на дороге не валяется… но нет, ей уперлась именно эта больница».

Неожиданный поворот.