Темное дело

Сделал еще пару затяжек и стряхнул пепел в консервную банку, закрепленную на перилах, служившую пепельницей.

Один Порох - ладно, случайность. Мало ли от чего он мог дать дуба? И мало ли какие следы могли проявиться на его шее? А вот Корень - уже совпадение. Опять же - следы... нет, в мистику Соловьев все равно не верил, пытался найти рациональное объяснение. Проблема в том, что его, рационального объяснения, не было. Дело по всем параметрам выходило уже не просто темное, а очень темное!

Нет, если предположить, что старая карга и впрямь восстала из преисподней, чтобы укокошить двух уголовников - все вставало на места.

Но такая версия не укладывалась в привычную картину бренного мира, настолько заполненного мошенниками, грабителями, убийцами, что ведьмам и колдунам в нем не оставалось места.

А если... если это какой-то новый, неизвестный вирус? Тогда все сходится! Находились вместе, в одной машине, кто-то один заразил всех остальных... вот и следы на шее - какая-нибудь побочка от вируса.

Оглушенный такой догадкой, майор поспешно затушил сигарету, посмотрел на руки, будто надеясь разглядеть микробов на коже.

Поплевал ладони и тщательно обтер их о штанины. Должно помочь! От ковида помогло!

- Михал Иваныч? - высунулся из квартиры Рыбаков.

Было в его голосе нечто такое, что заставило следователя вздрогнуть. Да и лицо участкового было мрачнее некуда.

- Чего тебе?

- Арбуз нашелся... - пояснил капитан, тряхнув телефоном.

- Чего хочет?

- Панихиду по себе он хочет.

- Твою ж налево! - выругался Соловьев.

- Как? Где?

- Перекресток Ленина и Ильича, дорожное...

- Так, орел... зови мини-мента, мы поехали...

- А я?

- А ты - здесь, группу ждать.

- Но, Михал Иваныч! - возмутился участковый. - Мне ж тоже интересно!

- Молодец какой! А поквартирный обход кто делать будет? Пушкин?

На аварию красноречиво намекала гигантская пробка, растянувшаяся по всему проспекту. Поток тащился со скоростью хромой черепахи. Следак нетерпеливо барабанил пальцами по пластику. Попов вел машину нервно, агрессивно, постоянно сигналя и перестраиваясь из ряда в ряд, но майору казалось, будто, стоило стажеру встать в другую полосу, та, где они только были, тут же начинала ехать быстрее.

Когда впереди показалась зеленая крыша свечки, возведенной как раз на перекрестке Ленина и Ильича, Соловьев, вконец потеряв терпение, выскочил из машины на тротуар. Теперь он шел, обгоняя автомобили, постепенно ускоряясь, подгоняемый уже далеко не профессиональным любопытством.