Кровь Енисея

Ожидала ли она увидеть какие-то изменения? Какой-то знак, что она больше не обычный человек? Но в зеркале на неё смотрело то же лицо — усталое, испуганное, но всё ещё её собственное.

Сама не зная почему, Лена бросилась к столу, схватив папки с расследованием. Она начала просматривать их, ища пропущенные признаки сверхъестественного. Их было в изобилии. Как она могла быть такой слепой? Сколько всего она упустила только потому, что не верила, что это возможно.

Неожиданно и без всякой причины её руки начали светиться.

Лена вздрогнула и выронила документы. Они рассыпались по полу, но она не обратила на них внимания. Она уставилась на свои ладони, её паника смешивалась с восхищением. Она попыталась контролировать свет, заставить его исчезнуть, но безуспешно. Чувство беспомощности полностью овладело ею.

В приступе гнева Лена наклонилась к столу и рукой смела оставшиеся папки с поверхности. Документы разлетелись повсюду, превращая комнату в хаос из листов. Она не остановилась. Новым, ещё более яростным движением она швырнула и остальные предметы со стола.

Она оперлась на ладони и опустила голову. Заплакала. В следующие секунды катарсис слёз словно смыл ярость и боль. Она почувствовала себя глупо. Оглядела хаос вокруг. Среди разбросанных листов она заметила что-то знакомое — старую фотографию своей матери.

Она подняла её дрожащей рукой. Её мать улыбалась с фотографии, но теперь Лена видела что-то новое в её глазах. Возможно ли, что её мать знала о сверхъестественном мире? Она так мало знала об этом новом мире.

Как она стала Хранителем — по материнской или отцовской линии? Вообще, передаётся ли это половым путём? Что это за раса? Как мало она знала.

Импульсивно она потянулась к телефону. Нужно было позвонить тёте в Москву, чтобы узнать, знает ли она что-нибудь. Но её пальцы замерли над клавиатурой. Кому она могла теперь доверять? Как она могла бы объяснить всё это, не прозвучав как сумасшедшая?

Она закрыла телефон и отложила его в сторону. Вместо этого она схватила блокнот и ручку. Она лихорадочно начала записывать всё, что знала о сверхъестественном мире — о вампирах, демонах и Хранителях.

Может быть, если она упорядочит информацию, она сможет найти какой-то смысл во всём этом.

Пока она писала, она осознала полный масштаб изменений в своей жизни. Она больше не могла доверять никому — ни коллегам, ни даже друзьям. Как она могла объяснить, что внезапно стала частью мира, в котором существуют вампиры и демоны?

Мысль о полной изоляции подавила её.