Амарант

Данте едва не закричал от страшного видения: мать держала в руках цветок амаранта, стебель которого был покрыт шипами. Они протыкали ее ладонь насквозь, кровь текла по рукам, крупными каплями падала на землю. Голодная иссушенная почва с готовностью впитывала в себя живительную влагу.

И из нее вырастали новые цветы. Только лепестки их были не розовыми.

Они сияли алым.

Кармен упала на колени, и цветы скрыли ее. Данте бросился к ней, выдирая амаранты с корнем, но когда добрался до места, где она стояла, там уже никого не было.

Только цветы насмешливо качались на ветру.

– Амарант, – прошептал чей-то голос.

Данте подскочил на лежаке, обливаясь холодным потом.

За окном только начало светать. Габриэль спал, закинув здоровую руку за голову. Роберто сопел в углу, съежившись на сундуке. Милли спала на боку, положив обе ручки под щеку. Данте не хотелось будить девочку, в кои-то веки нашедшую более-менее приличный ночлег, поэтому он вздохнул и снова улегся.

Локон светлых волос упал ей на лицо, и Данте осторожно убрал его. Она что-то пробормотала и прижалась к Данте, уткнувшись лицом ему в грудь.

Габриэль преспокойно храпел, похоже, кошмары его не донимали. Кто-нибудь мог подкрасться прямо сейчас, но он бы этого не заметил. Особенно если это был бы кто-то из своих.

Данте содрогнулся, вспомнив выражение неподдельного удивления, когда пуля ударила Габриэля.

Он не ожидал, что Данте выстрелит, думал, удастся разрушить влияние Кабальеро. Но переоценил свои силы. Забыл, что больше не демон.

Сейчас единственным выходом для Габриэля будет избавиться от неожиданных попутчиков. Все они, а в особенности Данте, представляют реальную угрозу. По какой-то причине Кабальеро проник именно в его мозг. Возможно, то, что Габриэль когда-то был демоном, сыграло свою роль и не позволило манипулировать им.

Так или иначе, призрачные полудемоны сейчас представляли меньшую опасность, чем Данте. Габриэль будет круглым дураком, если решит продолжить поиски вместе. Самый разумный вариант – где-то затаиться, но он все равно лезет на рожон. Почему? Так ли уж ценны эти силы, что ради них стоит рискнуть жизнью? Или он просто не хочет оставаться один?

Впервые Данте начал подозревать неладное.