Адвокат вольного города.8

Более того, погуляв по Чёрному рынку и, несмотря на множество умеренно-любопытных взглядов, я к своему временному образу попривык и неторопливо отправился в направлении дома на улице Вестминстерская. Там я набрёл на невозмутимых китайцев, над которыми пошутить не удалось.

- Здравствуйте, господин Аркад Ий! – заранее коротко поклонившись, поздоровался старший из группы, которая, вероятно, совмещала прогулку и патрулирование.

- А откуда вы знаете?

- Босс нас предупредил. Отменно выглядите!

- Да, стараюсь.

Смущённый и немного разочарованный, я зашёл в дом и покрутился там.

Конечно, кроме того, что они знали, как я почернел, меня выдавал приметный бронежилет, необычная сбруя с пистолетом и нож на поясе. Так же обувь была моя постоянная – удобные прочные кожаные туфли, которые мне на заказ и по мерке шили сами китайцы.

Да ещё и в руках портфель! Прямо почти как анекдоте, когда недоумевающего Штирлица выдавали то ли лихо сдвинутая на затылок будёновка, то ли болтающийся на шее ППШ, то ли волочащийся за спиной парашют.

А вот узнали бы они меня без всей этой намертво въевшейся в мой адвокатский образ атрибутики? Не уверен.

Я в раздумьях открыл свой платяной шкаф.

После некоторых набегов Мин, которая слава Предку, постепенно переключила своё неуёмное внимание на Кастета, мой дом был чист, прибран и даже странным образом уютен, а моя одежда (та, которая не обреталась в пещере) была не только постирана и выглажена, но и разложена по полочкам.

Среди прочей одежды был и охотничий наряд, а также костюм степняка, который я когда-то использовал.

Я взял оттуда штаны и степняцкую национальную обувь, мягкие многослойные кожаные туфли на толстой прошитой подошве, украшенные истёртым изгибающимся узором.

Штаны степняка так же подошли, взял цыганскую рубаху, закатал рукава, накинул лёгкую кожаную куртку коричневого цвета, взял трость (ноги-руки всё ещё болели после моей последней встречи с Вьюрковским).

Так я выглядел более взрослым, уже не студентом, а скорее преподавателем.

В таком виде я вышел в город и степенно прогулялся до офиса.

Купил в платяной лавке кепку под цвет куртки, тоже коричневую, приобрёл в киоске газету и с удовольствием уселся на скамейку возле своего офиса.

Ряды ожидающих меня «просителей» значительно поредели, зато те, кто остались, поголовно вооружились складными стульями, явно настроившись на долгое и упорное пребывание. Что называется, «до талого».

Чен в офисе не появлялся, опасаясь, что за неимением Филинова, нападут на него.