Адвокат вольного города.8

Был бы Шило, он бы меня шустро переместил, а так…

Поскольку мои армяне спали, лишь лениво следя из-за полуоткрытых век на почти бесшумные перемещения молодого негра по камере, я проверил смотровую щель, которой пользовались они, чтобы посмотреть, как там дела в коридоре. Дождавшись, когда по нему шёл тот вчерашний вечерний полицейский, который вероятно, заступил в ночную смену, заспанный и злой, вероломно сотворил посреди коридора иллюзию не кого-нибудь, а прокурора республики графа Губачинского.

Полицейский остолбенел, увидев такое высокое (я бы сказал, даже высоченное) начальство, которое некоторое время смотрело ему в глаза с неудовольствием, а потом молча указало на дверь моей камеры.

- О-открыть? – не понял полицейский и иллюзия ещё более сердито нахмурилась и кивнула.

Полицейский, стараясь одновременно вытянуться во фрунт, нащупать ключи и не слишком заметно потеть от количества нарушений в собственном внешнем виде, отпер камеру.

Иллюзия посмотрела на меня, в этот раз не было эффекта отвода глаз и жестом велела мне, то есть натурально мне, чернокожему арестанту - выходить.

Я вышел.

- Ваше высокоблагородие, это самое, вчера задержали этого, как его. Как тебя зовут, шельмец?

- Нгома, - утробно ответил я.

- Её, Нгому, его то есть. Никаких нарушений при проведении мероприятий за время моего отсутствия, это самое…

Иллюзия прошла перед нами по коридору и указала теперь на дверь одного из кабинетов, служебный, кого-то из следователей.

Полицейский, несмотря на ситуацию, сначала запер дверь в камеру и затем проскользнул мимо меня к иллюзии прокурора.

- Я требую посла республики Танзания, - нарочно искажая голос, противно прогундосил я.

- Заткнись. Рот, говорю, свой закрой, не гневи меня перед лицом начальства! - полицейский отвлёкся на меня и тайком показал кулак. Кулак был большим, с хорошо видимыми следами опыта убеждения недовольных граждан.

– Отпереть этот кабинет, Ваше высоко это самое… благородие?

Иллюзия заложила руки за спину и презрительное кивнула. Полицейский перебрал ключи на связке, открыл и дал иллюзии «войти», после чего втолкнул меня следом.

Повинуясь жестам иллюзии, он оставил нас одних.

Я облегчённо выдохнул, но иллюзию пока что не рассевал.

Когда дверь закрылась, обратился, насколько умею, имитируя голос Губачинского:

- Никого к нам не пускать, выставить охрану! Вызвать незамедлительно полковника Мехова ко мне, срочнейшим образом!

- Слушаюсь.

- И вещи этого негра ко мне, сейчас же. С документами и описью.