Сын Неба

И всегда умел это объяснить. Когда я слушал...

— Что случалось не так уж часто, — проворчал я.

— Я исправлюсь, — пообещал Шон, отстраняясь и держа меня за плечи.

А на меня вдруг навалилась неимоверная усталость. Будто разом закончились все силы. Едва удалось доползти до комнаты, где я, не раздеваясь, рухнул на диван. Всё потом, а сейчас мне надо поспать...

Под ногами — бескрайняя тёмная вода. Тёмно-серое небо и бесконечная вода. Я стоял на ней, будто на земле, но знал, что это не суша. Здесь не было ничего, кроме неба, воды и меня.

Но всё же, я ощущал взгляд. Холодный, пристальный. Что-то смотрело на меня.

Поёжившись, я начал оглядываться, пытаясь понять, кто или что за мной следит. Было очень не по себе. Будто смерть смотрит в спину.

— Кто ты?! — не выдержав, крикнул в серо-свинцовое небо. — Кто ты и что ты от меня хочешь?!

Повернув голову, я неожиданно столкнулся взглядом с... с девушкой. Невысокой, стройной и красивой. На ней была лёгкая современная броня, у пояса — старый револьвер в кобуре.

На руках — байкерские перчатки с обрезанными пальцами. Казалось, что она не старше Кисы. Только коротко остриженные волосы у неё пепельно-серые, совсем седые. И глаза. Серые глаза существа, что древнее всех миров.

Она склонила голову на бок, явно изучая меня. Я не понимал, кто она, и чего хочет. Но то, что мне в глаза смотрит сама Смерть — не вызывало сомнений.

Она не злая. Она не добрая. Она просто Смерть.

Я даже дышать не решался, не то что требовать от неё какого-либо ответа. Так и замер.

Она ничего не сказала. Просто отступила на шаг и исчезла, оставляя меня в одного. Ощущение жуткого внимания исчезло. Я выдохнул, упёрся ладонями в колени. Ноги казались ватными, да и руки откровенно дрожали.

В голову пришла мысль, что я уже где-то её видел. Когда-то невообразимо давно. От неё веяло непереносимой жутью, но такой знакомой...

— Проснись, малыш, — неожиданно шепнул голос над самым ухом, заставляя сердце мгновенно подпрыгнуть до самого горла, и сразу же ухнуть в пятки.

Я вскочил на диване и тут же грохнулся на пол.

Я когда-нибудь научусь вставать без утреннего травматизма?!

Кое-как поднявшись, сел на диване. Сердце всё ещё колотилось как бешенное, порываясь вылететь из грудной клетки и сбежать куда-нибудь подальше от одной лишь только памяти о её внимании ко мне. Выровняв дыхание, я попытался прийти в себя. Руки всё ещё дрожали.

За окном темно. Часы на телефоне показывали четыре тринадцать утра.

Ладно. Всё равно уже не уснуть.