Сын Неба

Беспамятная, бессильная. Эта девочка не поверит сейчас, что она — божество. Испугается и убежит. Но поверит ли она в то, кто я?

— Теперь уже... — помолчав полминуты, всё же сказал: — Я — Верховный император тёмных.

— Он не шутит, девочка, — нарушила своё молчание Киса. Протянула руку и ласково погладила по голове божество ещё более беспомощное, чем она сама. С жалостью сказала: — Что же с тобой сделали, милая?..

Ван увидел нас издалека. Меня чуть не снесло в воду одной только недешифруемой волной эмоций. Когда брат упал на колени и обнял моего неожиданного найдёныша, я этот его порыв прекрасно понял.

— Жива, маленькая, живая! — еле выдохнул брат. — Я так за тебя боялся...

— Она нас не помнит, — решил всё же сообщить брату я.

Мир вокруг казался удивительно нереальным. Как за толстым аквариумным стеклом. И теперь мне понятно, что так я ощущаю усиление действия проклятья. Это его я принял за накатившую апатию возле кафе. Оно привело меня сегодня на пирс. Проклятье заставило её так вовремя сбежать от фальшивой семьи.

— Ну и ладно, — отмахнулся Ван, едва ли меня поняв. — Зато живая...

Обернувшись, я мельком взглянул на одинокого и потерянного Райнора. Он откровенно не понимал, что здесь происходит и чувствовал себя лишним. Я поднялся на ноги.

— Райн! У подойди-ка...

Не успел закончить фразу, когда меня перебили.

— Таисия! Я тебе сколько раз должна сказать, чтобы ты меня услышала?! Никуда не удирай одна!

Я заранее заметил стройную, моложавую женщину и мальчика лет десяти, спускавшихся на пирс.

Просто не обратил внимания.

Бросил взгляд на сжавшуюся, растерянную Таэш и Вана, впервые внимательно оглядевшего всю картину целиком. Перевёл взгляд на женщину. Вдохнул, коснулся печати и погрузился в сознание мальчика.

Сознание ребёнка встретило меня злобой. Ему крайне надоело это притворство. Надоела эта тупая никчёмная девка, перед которой он вынужден играть брата. Родители сказали, что она — его потерянная сестра. Какой бред! Наверное, родители хотят съесть её сами, не делясь с ним насыщенной силой плотью.

Или считают, что ему нельзя пока что вкушать себе подобных, иначе рост снова замрёт. Он рос гораздо медленней обычных детей и его изрядно достало прикидываться тупым пацаном. Но хуже всего терпеть эту ванильную дуру, которую родители предпочитают обманывать, прикидываясь обычными людьми. Какая, к чёрту, сестра?! Неужели его сестре стали бы так врать?! Нет, наверняка они просто хотят съесть её без участия сына.

Выдохнув, я перевёл взгляд выше.