Демоны должны умереть 3

Вроде как вместе росли, вместе были отобраны чтобы стать вассалами по магии, их себе Суворовы взяли. Ну, в смысле – потомки того самого Суворова. Но в итоге им ее Печать не понадобилась: петь в хозяйском доме не выходило, все время мешал кто-то, да и там глава – такой, скажем, не самый… Разносторонний мужчина. Когда понял, что пение на каких-то местных праздниках кикой пользы не приносит, а подозрения в том, что она – Бард, множатся, глава рода стал к Пушке как к обузе относиться. А ей тогда и пятнадцати не было… В общем – она сбежала в Москву.

Ну как сбежала – под расписку о выкупе, теперь деньги Суворовым переводит. Ну а брат ее остался там, на юге, потом поступил в какой-то интернат, потом – в Кадетский Корпус. Вроде как гордился этим очень, но наверняка без протекции Суворова не обошлось. Вот и вся история.

– Не вся, – Кип по-прежнему вглядывался в лицо Пушки, – я его видела один раз. Он приходил на концерт к нам. Ну, в Подполье. В последний раз.

– Почему ты не сказал? – вскинулся Хостинин, – я ведь просил сообщать обо всех контактах, и…

– Ну, это… В общем, я даже не сразу понял, в чем дело, – поморщился Кип, – мы, уже когда все ушли, остались, оборудование паковали, чтобы ничего не пострадало при переноске.

Иван, он, ну, не самый аккуратный грузчик в мире. Ну и, понятно, кто-то из зрителей остался за автографами, кто-то за дисками… Ты отвлекся на что-то, а я рядом с Пушкой был и видел, как к ней приходил парень. Такой ровный, подтянутый, брюки со стрелочками… Я там чуть в осадок не выпал – такой мажор и у нас. Остальные если не в коже, то хоть в джинсах. Ну, они о чем-то переговорили – и все. Но Пушка уже после этого задумчивая стала.

– Ага, и именно она, по-моему, не слишком в восторге от того, чтобы за городом выступать, – Мавр принес чай, – иногда ко мне приходила «подумать», говорила, что мол, тут тихо, но мрачно, и что репетиции ей не нравятся… Один раз даже петь начало что-то странное, словно не на русском.

– Настраивалась, поди, – Ловец, до того исчезнувший, появился на спинке стула, – там-то надо не только слова знать, но и ритм поймать, нужное ощущение.

И она могла сама понять, что Сердце тут?

– Исключено.

Значит, кто-то сказал… Видимо – брат. А вот откуда он узнал – очень, очень большой вопрос.

Глава 4

– Ника, есть одна проблема, – произнес Георг, заходя в комнату.

Я бросила взгляд на бессознательную певицу. Чай она выпила – нашатырь у музыкантов водился, так что поить не пришлось – но почти сразу вновь лишилась чувств.