Изгои Интермундуса

– Подойди ближе, я передам тебе птичку.

Девушка протянула руку, чтобы взять воробушка, когда ее пальцы коснулись руки юноши, она изумленно подняла голову вверх. Аргос открыто улыбнулся ей, ловко спрыгнув с дерева.

В ту же секунду картина поменялась. Напротив нас стоял мальчик лет тринадцати и старательно вырезал что-то на коре дерева, делая это крайне осторожно, стараясь не задеть молодые побеги. И вправду, линии, что он вырезал на одеревеневшей поверхности, совсем не чувствовались. Стало очень интересно, кто этот мальчик, и что за буквы выходят из-под его ножа.

Но дерево молчало, по древесным жилам опять разлилось странное тепло, которое передалось и мне. Похоже на... любовь? Разве дерево может чувствовать любовь или привязанность, счастье и грусть? Да... это действительно чудной старый клен...

Прикосновение чего-то мягкого возвращает в реальность. Открыв глаза, обнаруживаю, что это нечто – длинная лапа светло-серого кролика.

– Доброе утро, – пухленькие губки растягиваются в улыбке.

– Доброе, – повторяю я, потерев онемевшую щеку.

– А нам с Велли завтрак готовят, – хвастается девочка. – Ты будешь?

– А что на завтрак? – интересуюсь в ответ.

«Омлет, что еще», – голос Теона звучит в голове, а девочка лишь пожимает плечами: она счастлива одним лишь фактом наличия завтрака. Ее дома морили голодом?

Потянувшись так, что кости начинают хрустеть, иду умываться. Через десять минут  я уже на кухне, где Теон пытается разговорить малышку, но та лишь невозмутимо поглощает свой омлет.

– Ну, скажи хоть имя, мне же надо как-то к тебе обращаться, – просит он.

У меня возникает одна идея. Сев на стул, разворачиваюсь лицом к девочке с кроликом:

– Велли, ты можешь сказать, как зовут твою хозяйку? – обращаюсь к кролику, чувствуя себя при этом очень глупо. Надеюсь, когда «подружусь» с ним, его хозяйка станет более сговорчивой.

– Велли ничего тебе не скажет, – насупившись, отвечает обладательница длинноухой игрушки. – Он хороший друг – как Арт и Саф.

– Они тоже твои друзья? Они здесь живут? – мысленно молю Исток, чтобы вопросы не спугнули ее.

– Нет. Они живут в Долине Камней вместе с родителями.

Перевожу взгляд на Теона, он кивает.

«Долина Камней... Значит она...»

«Она одна из нас», – заканчиваю его мысль.

– Ты можешь все нам рассказать, мы тебя не обидим. Мы такие же, как ты. Вот смотри, – с этими словами Теон проводит в воздухе рукой, и кружка, оторвавшись от стола, зависает в нескольких сантиметрах от столешницы.