Однажды в Хорс-тауне

Дорогой он вновь размышлял о том, что неправильно выбрал профессию. Следовало вместо университета сразу устраиваться библиотекарем. И, заимев огромные очки, ставить на место безграмотных плебеев, по нелепой случайности забредших в читальный зал.

* * *

Вечерний Хорс-таун был неприветлив, как ободранная дворняга с костью в зубах. Попробуйте отобрать — тогда узнаете, сколько злобы в этом блошином коврике.

На Ипподроме — так жители города шутливо называли площадь у мэрии — было чуток повеселей. Тинейджеры на роликах и скейтах кружили вокруг памятника основателю города — Арни Хорсу по кличке Старая Кляча.

Ходили слухи, что с наступлением темноты «клячи» меняются местами, и с часу ночи до шести утра уже конь восседает на спине скрючившегося Арни. Естественно, это была не более чем шутка, но в свете последних событий она казалась Винсу не такой уж и забавной. Его венигрету из странностей не хватало только «щепотки» оживших статуй, чтобы окончательно свести бедного детектива с ума.

Как обычно, у памятника расположилась пара попрошаек в ветхом тряпье и с жестяными кружками для подаяний. Как обычно, жители Хорс-тауна проходили мимо, не делясь с ними даже ломаным грошом.

Винс пошел на восток по Баттерфляй-стрит. Вывеска «Жасмина» была, без преувеличения, самой яркой в городе. Про такие говорят: «Ее бы увидел и слепой». А уж когда девочки внутри начинали шоу, там и мертвому не грех было подняться из могилы и погреметь костями на столе.

Винс невольно поежился. Никаких оживающих памятников и никаких оживающих мертвецов! Не буди лихо, пока оно тихо, как говорят русские.

В тамбуре он нос к носу столкнулся с огромной гориллой, заботливо выбритой до похожести на человека и облаченной в дорогой костюм.

— Добрый вечер, сэр, — сказала горилла. Губы ее при этом почти не двигались.

— Добрый, — кивнул Винс, поправляя ворот плаща и шляпу. — Новенькая будет?

— Аманда? О, да! Вы, я так понимаю, наслышаны, но не видели?

— Именно.

— Тогда давайте двадцать долларов и входите.

Цена была относительно небольшой — Винс почему-то рассчитывал на пятьдесят. До этого он в «Жасмине» был очень давно, но стоимость, выходит, совсем не изменилась.

— Держи, — сказал он, протягивая горилле двух скомканных «гамильтонов».

Тот поморщился, словно ему предлагали слизняка, но деньги все же взял.