Однажды в Хорс-тауне

Ему ужасно хотелось взглянуть на новую пташку в платиновой клетке Новарро, которую так нахваливал Брюс.

Он не относил себя к большим любителям стриптиза, но иногда не прочь был понаблюдать за девушками, кружащими вокруг шеста в полумраке зала. Присутствовало в этих танцах что-то магическое, какая-то искра. Не похотливое желание — совсем иное, такое же сильное, но гораздо более чистое.

Нечто схожее с эстетическим удовольствием.

Разумеется, его не могли доставить молоденькие девчушки, которые впервые выступали перед публикой.

Волнение, скованность, стеснительность — все накладывало свой отпечаток, превращая отрепетированный танец в ассорти из проходных трюков.

Не радовали глаз и потертые «ветеранши». Эти уже давно ни за что не переживали, исполняли номера без единой помарки и вроде бы отрабатывали каждый вложенный цент, но… В их выступлениях не было чувства. Они просто делали свою работу — как делает ее почтальон или мойщик окон. «Для галочки», что называется.

Впрочем, большинство мужчин приходили сюда совсем не за эстетическим удовольствием.

Добрая половина просто хотела посмотреть на сиськи и задницы, потому что сломался видик или отключили Интернет.

Наплевать, как она двигается, как подает себя. Главное, сиськи побольше. Чтобы представить, как зарываешься в них и издаешь звуки раненой трапперами куницы.

Остальные хотели на время подзабыть о располневших к сорока годам женах, ждущих дома, и посмотреть на более стройных и молодых, которые, находясь так близко, были настолько недосягаемы.

А Дезмонд в окружении свиты горделиво возвышался над посетителями. Он присутствовал здесь только затем, чтобы ежеминутно ловить завистливые взгляды — ему была доступна любая из девушек, в то время как другие не могли до них даже дотронуться.

Излюбленным его развлечением были колкие реплики в адрес чересчур воодушевившихся клиентов, вроде толстячка с веером зелени. Этими фразами он снова и снова напоминал посетителям: «Бог здесь я, вы же — простые смертные, которым я из щедрости позволяю любоваться моими сокровищами».

«Интересно, он каждый день тут бывает? — размышлял Винс. — Если нет, то я точно самый большой неудачник из всех, которые населяют этот проклятый городишко!»

— Эми, хватит играть с пухленьким дядей, — язвил Дезмонд, — а то у него еще, не дай Бог, холестерин подскочит!

Публика отозвалась на шутку сдержанным смехом. Толстяк залился краской и потупился.

Винс скрипнул зубами.