Не боец

И кое-кому с полным брюхом и внезапно накатившей оттого сонливостью (свежий воздух!) пришлось героически превозмогать собственную физиологию.

Благодаря моему опыту установка палаток не превратилась в отдельный квест – мы покончили с этой проблемой быстро. А вот процесс складывания костра затянулся – тут я, наоборот, решил передать свои знания и всё подробно объяснить: и зачем мы в ледяной воде выискивали крупные камни, и как правильно складывать будущие дрова – “шалашом” там или “колодцем”. Бамбук, кстати, отлично пошёл на колья и перекладину для подвески котелка – так что уже недаром мы прицепились к этой роще…

Надвигающиеся сумерки и поднявшееся вверх красно-оранжевое пламя, то и дело плюющее искрами, завершили обряд туристической магии.

Даже я то и дело ловил себя на том, что “залипаю” на огонь – а уж троих моих спутников и вовсе словно заворожило. Ничего, с котелком я вполне справился – а уж забросить макароны в кипяток и вывернуть туда же банку тушёнки следом любой дурак сможет.

Вот теперь праздник живота наступил у всех – кроме, конечно, Зэты.

Под влиянием момента и под ароматный дым костра кулинарный ужас, способный убить итальянского повара одним фактом своего существования, был уничтожен во мгновение ока. 

Пока я ходил полоскать посуду в ручье, завязался какой-то ленивый обмен ничего не значащими репликами. Но вот вода вскипела повторно – и я щедро сыпанул в неё заварки, теперь уже покушаясь на убийство куда сильнее: ведь до ближайших правоверных японцев-чаелюбов тут считанные километры.

Густой аромат ударил по обонянию, я потянулся за половником (его я тоже не забыл отмыть)… И наткнулся на три протянутые походные чашки.

– Только не обожгитесь, подождите и потом подуйте сначала, – выдал я когда-то на собственном опыте усвоенную мудрость. Вотще, разумеется – и Син, и Мелисса начали характерно глотать воздух, пытаясь остудить ошпаренные языки. Ну конечно, какой же поход – и без этого? Это как экватор переплыть в первый раз и не окунуться в воду с головой! 

– Ну как? – я с сомнением покосился на Зэту, приложившуюся к своей кружке.

На моей памяти она впервые что-то из пищи или напитков пробовала. Хотя, помнится, работница стенда синтетиков в шестом корпусе Национального музея тоже заваривала чай на всех троих. Но там до питья так и не дошло – слишком уж откровения вышли… волнительные.

– Вода и пища мне не нужны, но вкус я могу… – андроид чуть замялась, и уклончиво закруглила фразу: – …обработать.