"Господа магильеры"

Лейтенанту Цильбергу хватило одного взгляда, чтобы понять это. Люди, проведшие много времени под землей, умеют быстро схватывать суть вещей. Лишь взглянув на крепь, определять ее прочность или оценивать глубину штрека по выходам пород и минералов.

— Проклятый штейнмейстер, — бросил кто-то беззлобно, — Застыл как столб вместо того, чтобы в «томми» пулю всадить, вот Кунце из-за него и нанизался на английскую булавку. Магильерское племя, вечно от них одни беды.

Менно захотелось сделаться камешком, маленьким и непримечательным осколком известняка, лежащим в тени.

Но белый от ярости взгляд лейтенанта Цильберга нашел его мгновенно и безошибочно.

— Хупер!

— Тут, господин лейтенант!

Легкие, казалось, были набиты колючей каменной пылью, как заброшенная каменоломня. Не только говорить, но и дышать было непросто…

— Это правда? Вы не выстрелили?

— Виноват, господин лейтенант.

— Что?

Менно почувствовал себя так, словно это ему самому в живот вошло ледяное лезвие английского штыка. Вопрос лейтенанта резанул самой настоящей сталью, рывком спутав кровоточащие внутренности.

— Я не выстрелил, господин лейтенант, — горло стало заваленной штольней, удивительно было, как звуки вообще могли подниматься по нему.

— Вы стояли с карабином и не выстрелили? Отвечать!

— Так точно, господин лейтенант. Не выстрелил.

Лейтенант Цильберг оказался вдруг очень близко. Так, что Менно мог заглянуть в его блестящие, влажные и полупрозрачные от ярости, глаза. Отравленные подземные самоцветы.

— Из-за вас погиб Кунце. Вы виновны в его смерти.

Быть может, лучший сапёр во взводе. Ваша жизнь против его жизни не стоит и пустой гильзы. Но вы не выстрелили. Я хочу знать, почему.

Другой офицер на месте Цильберга не сдержался бы. Дал волю гневу, может быть, даже потянул бы из кобуры пистолет. Но Цильберг был не такой. Всякий, кто провел под землей достаточно времени, кто обменял свет солнца на расплывчатое и мутное свечение фонарей, умеет держать себя в руках. Тот, кто не умеет, редко задерживается в штреках. Рано или поздно неправильно вставленная запальная трубка, наспех сколоченная крепь или небрежно выбранное направление туннеля становятся закономерным следствием для всякого, кто не способен приучить себя к железной дисциплине.

Цильберг командовал взводом уже больше года. Несмотря на свою молодость, он был старой и опытной крысой.

— Разве вы не умеете стрелять? Вас не обучали ведению стрельбы?

— Обучали, господин лейтенант.

— Вы не держали прежде в руках карабина?

— Держал.