Вблизи и далеко

Иного объяснения, почему они до сих пор не рухнули, у меня не было. Буквы на вывеске сливались в блестящую полосу, ветер трепал американский флаг на балконе под забойное кантри. Как там у Говарда… Три аккорда и правдивость? От гигантской водяной мельницы из дерева и порыжевшего металла неслись скрежет и многоголосый визг. Периодически закладывало уши, от снующего вокруг народа мутило. До состояния, когда каждая пойманная эмоция кусает и жмет, оставалось немного – все лимиты были исчерпаны.

Поспать так и не удалось.

Что-то в словах Нессы не давало покоя, заставляя раз за разом прокручивать в голове ночной разговор. Выводы напрашивались неутешительные. Несса права. Мария явно заигралась, а те, кто хочет прыгнуть выше своей головы, не стесняются использовать в качестве трамплина чужие. Ничего против этого подхода не имею, но цель оправдывает средства лишь до тех пор, пока люди не пропадают без вести. Нам действительно повезло, если великая исследовательница благополучно убилась и никого больше донимать не будет. Иначе тушите свет… Такие идут до конца. Что Мария вообще искала в глубоком Лектуме? Мыслей по этому поводу меня посетило много, но хорошей – ни одной.

Бонусом за бессонную ночь была удачно выловленная в восемь утра на кухне Кира. Две криво заплетенные косички, ярко-желтые кеды – на каблуке! – и длинная футболка, из-под которой слегка выглядывали шорты. В руках дымилась чашка кофе, пахучего и свежесваренного. Ведущий юрист известного банка размешивала сахар, силясь сфокусировать взгляд то ли на ложечке, то ли на собственном маникюре.

Безуспешно. В итоге прикрыла глаза и откинулась на спинку стула.

Я подобрался сзади, склонился над ней и без особой надежды спросил:

– Белочка, ты вчерашнюю ночь вообще помнишь?

– М-м-м, – невнятно промычала она. – Тебя интересуют шесть испробованных способов пить текилу, сеанс караоке в такси или твой нудеж с навязчивыми предложениями?

– Между прочим, ты согласилась.

Кира резко вскочила со стула и повернулась ко мне. Ее взгляд вмиг стал пристальным и сосредоточенным, полыхнуло решимостью.

Ого, иммунитет к похмелью выработался за столько лет!

– Перечисляю требования, – отчеканила она. – По пунктам. Первое – ты не будешь делать со мной ничего, что мне не нравится. Или даже в теории может не понравиться. Второе – никакой отсебятины. Мы договариваемся обо всем, причем договариваемся заранее. Шаг вправо, шаг влево – и я все отменяю. Уезжаю, увольняюсь, и хрен ты потом ко мне подойдешь.