Вблизи и далеко

Эта часть парка была самой щедрой на укромные места, но к обеду и здесь собралась толпа. Приходилось наворачивать вокруг себя ментальные щиты и подпирать столб веранды. Некоторых раздражает моя привычка обо что-нибудь облокачиваться. Думают, выпендриваюсь. На самом деле все прозаичнее. Если что – падать удобнее.

Киру из вида я не выпустил ни разу. Ее энергия на весь парк отсвечивала неистовой радостью, с той долей беззаботности, растерять которую – один миг. Выбить из колеи может любая неприятная мелочь. Поразительная склонность к перемене настроения.

С доверием у Киры дело обстояло, в принципе, туго. Близких людей по пальцам можно пересчитать. Лезть в этот круг избранных не было ни времени, ни желания. К счастью, со своей циничностью и трезвым расчетом она хорошо относилась к людям, которых могла использовать. Иногда даже взаимовыгодно. Киру нужно чем-то заинтересовать, и дело сделано. Впустит в подсознание сразу, как только почувствует, что я ей полезен. Всего-то нужно поиграть в Деда Мороза с мешком подарков. Ну а если она не хочет сама получить дар обратно, то придется сделать так, чтобы захотела.

– Вот где ты! – раздался насмешливый голос с веранды.

Старательно выстроенный щит слетел, сознание затопило бурным восторгом, помноженным на поголовье туристов, следом царапнула чья-то паника. Мир крутанулся вокруг своей оси, в глазах потемнело. И звук отрубите, пожалуйста. Хоть посплю! 

Кира перемахнула через перила и приземлилась рядом со мной.

– Как-то плохо ты представляешь, что меня тут нет, – ровно выговорил я, заново отгораживаясь от навязчивой массовки.

– Неужели соскучилась?

– Решила проверить, как развлекаются сильные мира сего, – язвительно протянула Кира, выжимая несчастного плюшевого утенка прямо на песок. Если он не умеет пищать, то скоро научится! – Оказывается, ныкаются по пыльным углам. Высокий уровень дара – ах, как заманчиво…

– Думаешь, он у тебя будет высокий? Хотя, по сравнению с тем, что есть…

Она хмыкнула, заискрив раздражением. Отлично! Раз ее это задевает, значит, полет нормальный.

Манипуляции с энергией помогли – темнота схлынула, картинка перед глазами обрела очертания. Потускневший эмоциональный фон делал ее черно-белой и размытой, но это лучше, чем валяться в отключке. Или сойду за пьяного ковбоя?

Телефон в кармане пиликнул и затих. Наконец-то… Буквы на дисплее скакали и прятались друг за друга, не желая складываться в слова. Сил в запасе оставалось немного, пришлось максимально сконцентрироваться.