Экзекутор Погружение

После душа я вышел на свежий зимний воздух и вдохнул полной грудью: какой всё-таки разительный контраст между зимним Подмосковьем и солнечным летним Мильдораноисом.

Я доехал до дома безо всяких приключений, поужинал и уже вовсю возился с Максимом, когда Людмила позвала из кухни:

– Киря, а пойдем гулять?

– Гулять?

Мы с сыном строили башню из кубиков, и сейчас как раз Максим изобразил Годзиллу и разрушил пластмассовую конструкцию. Разноцветные кубики рассыпались по ковру, а Максим заливисто рассмеялся.

Я почувствовал, как мои губы невольно растягиваются в улыбке.

Карапуз протянулся к кубикам ручонками и попытался взять непослушными пальчиками большой кубик. Это получилось не с первого раза, зато добыча оказалась тут же обслюнявлена, как будто мальчик оставил на пластмассе собственную метку.

– Да, пойдем, погуляем перед сном? А то Максимка не даст заснуть, если не посмотрит на фонари и свет в окнах. – В дверях показалась Людмила с полотенцем на плече.

– А что? Можем и погулять. Пойдем, Максимилиан? Совершим вечерний менуэт, Ваше Величество, – с дурашливым поклоном сказал я.

Максим что-то гугукнул: то ли согласился на прогулку, то ли посоветовал теплее одеваться.

– Его Величество дали согласие, собираемся! – подмигнул я и подхватил Максима на руки.

Возле подъезда мы поздоровались с Иваном и Дмитрием. Друзья тихонько курили на улице и время от времени стукались пластиковыми стаканчиками с прозрачной жидкостью. Я усмехнулся про себя: похоже, что у Дмитрия снова бушует теща.

Мы оставили мужчин и пошли в сторону станции «Воронок».

На улице становилось морозно, когда мы завершили шествие по освещенной фонарями улице Пушкина и возвращались домой. Во дворе я увидел трех молодых людей, которые стояли возле соседей. Чем-то они показались знакомыми...

Те самые, которые упрекали выпивох на дне рождения Максима!

Вот только сейчас с ними не было здоровяка и девчонок, да и разговор шел на очень повышенных тонах.

И было ещё что-то, что мне очень не понравилось. Я пока не мог сказать, что именно, но чувство тревоги накрывало волной цунами.

– Вы за...ли возле подъезда срать, уроды! – говорил Андрей Чуваев, студент четвертого курса МГИМО.

Андрей пока ещё не знал, что через две минуты и сорок секунд его нога сломается сухой веткой.

– Ребят, да хорош, – бурчал Дмитрий. – Мы же не срем, мы тихо-мирно выпиваем. Никто даже не видит.